-- Сдѣлайте одолженіе!-- продолжалъ онъ рѣзко.-- Мнѣ, конечно, и въ голову не приходило мѣшать вашей прогулкѣ. Я могу только высказать желаніе, чтобы на будущее время вы менѣе незамѣтно выходили изъ-за кустовъ. Молодая дѣвушка сильно испугалась, и дѣйствительно это очень непріятно, когда такъ внезапно...
-- Я васъ не понимаю, -- рѣзко перебилъ его Отто, такъ какъ Хельвальдъ принялъ тонъ наставника, читающаго нотацію воспитаннику.-- Насколько выяснилось изъ вашихъ словъ, вы огорчены тѣмъ, что помѣшали вашей бесѣдѣ. Это ваше дѣло и негодуйте на случай, приведшій насъ сюда. Если же вы хотите выместить на мнѣ ваше раздраженіе, то я предупреждаю васъ, что для подобной роли я не гожусь.
Хельвальдъ замахнулся хлыстомъ. Но Отто смотрѣлъ ему въ лицо съ такимъ презрѣніемъ, стоялъ такъ спокойно и увѣренно, что Бенно Хельвальдъ счелъ за лучшее замаскировать свое движеніе нѣсколькими беззаботными взмахами и, пожавъ плечами, повернуть спину молодому человѣку. Карлъ Теодоръ Гейнціусъ полуумоляюще, полуприказывающе пробормоталъ "еаfflus", и такъ какъ Отто колебался, схватилъ его подъ руку.
-- Compesce undas! Успокой свой гнѣвъ, -- говорилъ онъ, таща за собой Отто.-- Ты хорошо его отдѣлалъ.
-- Не будемъ больше говорить объ этомъ,-- отвѣтилъ Отто.-- Моя поѣздка за границу не особенно удачно началась! Сначала тотъ нахалъ за столомъ, теперь этотъ франтъ... Пойдемъ домой!
Они вернулись въ дому. На крыльцѣ, на самомъ припекѣ, сидѣлъ слуга, отводившій въ конюшню лошадь Бенно Хельвальда, и уплеталъ бутербродъ; около него стояла кружка пива.
-- Нравится?-- спросилъ Гейнціусъ.
-- Спасибо,-- отвѣчалъ слуга.-- Должно нравиться.
-- Какъ такъ "должно нравиться"?
-- Ну, такъ говорятъ. Я научился этому отъ г. Пельцера.