-- Конечно.
Хольтманъ медлилъ.
-- Идите, Хольтманъ,-- сказала горничная.-- Мнѣ надо еще опустить гардины.
Лакей исчезъ, а черезъ двѣ минуты и Фанни, напрасно надѣявшаяся, что Отто заговоритъ съ ней. Онъ слишкомъ былъ занятъ своими мыслями. Отто положилъ свою сумку подъ подушку роскошной кровати и охотно позволилъ Гансу помочь ему раздѣться, такъ какъ рана его сильно болѣла, а отъ каждаго движенія приливала къ лицу кровь. Черезъ пять минутъ все было въ порядкѣ.
Ледъ дѣйствовалъ благодѣтельно не только на его рану, но и на его возбужденные нервы. Въ сумеркахъ доложили ему о приходѣ адвоката Лербаха. Онъ желалъ узнать о здоровьѣ больнаго; Камилла и его жена непремѣнно требовали этого. Выслушавъ, что Отто чувствуетъ себя лучше, онъ спросилъ юношу о цѣли его такъ неожиданно прерваннаго путешествія, о его планахъ и надеждахъ, о настоящемъ и прошедшемъ.
Отто чувствовалъ къ этому человѣку все болѣе и болѣе симпатіи, и, не задумываясь, разсказалъ всю правду, свое низкое положеніе, недовольство, стремленіе въ высшему и надежды найти въ столицѣ занятія, которыя дадутъ ему обезпеченное существованіе и возможность что-нибудь дѣлать. Лербахъ замѣтилъ, что ему придется встрѣтить много разочарованій.
-- Но, что бы тамъ ни было,-- заключилъ онъ,-- я убѣжденъ, что вы достигнете своего. Мнѣ кажется, что вы тверды, постоянны и постоите за себя. Мнѣ нравится это; вы же мнѣ особенно нравитесь. Я люблю молодыхъ людей, не опускающихъ головы, когда имъ говорятъ: пробивай самъ себѣ дорогу. Я подумаю, не могу ли помочь вамъ. Во всякомъ случаѣ, заходите ко мнѣ въ городѣ, улица Терезы, 17. Въ концѣ этого мѣсяца я думаю переѣхать. А теперь берегитесь, чтобы ваша болѣзнь не затянулась надолго.
Пожавъ руку Отто, онъ вышелъ изъ комнаты. Утомленный и разстроенный, молодой человѣкъ вскорѣ заснулъ при однообразномъ тиканьи большихъ стѣнныхъ часовъ въ корридорѣ.
Глава V.
Слѣдующіе дни прошли для Отто крайне однообразно. Онъ былъ еще слишкомъ слабъ, чтобы долго выносить чтеніе различныхъ статей и повѣстей изъ еженедѣльнаго журнала Колоколъ. Ему, конечно, интересно было узнать, что Колоколъ и Государственное право -- главнѣйшія изданія фирмы А. Х. Дюрена,-- такъ звали отца совѣтника,-- и что Дюренъ ежегодно подучаетъ отъ нихъ полмилліона чистаго дохода. Гансъ передавалъ эти интересные факты такимъ монотоннымъ голосомъ, что послѣ втораго раза Отто предпочелъ не вступать въ разговоръ. Въ продолженіе шести дней единственнымъ развлеченіемъ его были короткіе визиты Лербаха и генсгеймскаго врача, обѣдъ и звуки, долетавшіе до него изъ парка сквозь запертыя окна. Какъ-то рано утромъ онъ ясно различилъ голоса Люцинды, Камиллы и третій, показавшійся ему знакомымъ, но онъ никакъ не могъ вспомнить, гдѣ и когда его слышалъ. Часъ спустя, когда тотъ же голосъ крикнулъ: "Филиппъ, сѣдлай!" Отто спросилъ хорошенькую Фанни, за отсутствіемъ Ганса кормившую его съ ложечки бульономъ, не докторъ ли Вольфъ, редакторъ, отдалъ это приказаніе?