Черезъ десять минутъ явилась фрейленъ Якоби. Она вмѣсто Эммы приняла теперь на себя обязанности хозяйки, которыми до сихъ поръ всегда пренебрегала. Она затопила печи, поставила на мѣсто мебель,-- съ большимъ шумомъ, конечно, чѣмъ ея тихая кузина,-- и ходила и вытирала пыль, не обращая вниманія на поэта.
Родерихъ, разсѣянно поклонившійся Адели, тоже не обратилъ на нее вниманія. Приблизившись къ двери Марты, онъ постучалъ и началъ разговоръ съ Мартой, противъ обыкновенія, нисколько не интересовавшій Адель, продолжавшійся до тѣхъ поръ, пока, наконецъ, невѣста не вышла изъ своей комнаты въ хорошенькомъ праздничномъ платьѣ. "Это несносно, наконецъ",-- подумала Адель, когда Родерихъ заключилъ въ объятія свою невѣсту и страстно поцѣловалъ ее.
Около половины одиннадцатаго Родерихъ предложилъ Мартѣ прогулку въ городской паркъ. Его влекло наружу, на чистый воздухъ, къ людямъ. А, можетъ быть, ему хотѣлось, чтобы любовались его сокровищемъ, какъ ребенку, выносящему на воздухъ свою новую куклу.
Тѣсно прижавшись другъ къ другу, они подъ руку прошли рабочій кварталъ и достигли парка, наполненнаго уже гуляющими.
Родерихъ болталъ безъ умолку, а Марта блаженно слушала, только изрѣдка задавая вопросъ или отвѣчая своимъ нѣжнымъ, глубокимъ голосомъ.
На площадкѣ, самомъ оживленномъ мѣстѣ гулянья, имъ встрѣтился красивый офицеръ. При видѣ Марты на лицѣ его проскользнула полуулыбка, какъ бы говорящая: "эту дѣвушку я знаю". Въ то же время, онъ сдѣлалъ движеніе рукой, какъ бы намѣреваясь поклониться; но затѣмъ, очевидно, передумалъ и замаскировалъ свое движеніе другимъ, безразличнымъ.
Родерихъ замѣтилъ этотъ странный маневръ.
-- Знаешь ты этого господина?-- спросилъ онъ съ изумленіемъ.-- Чего ты такъ покраснѣла? Я не понимаю тебя.
Марта дала уклончивый отвѣтъ.
Наконецъ, она созналась, что нѣсколько разъ видала этого господина.