-- Нюха у тебя, Ѳедрилычъ, нѣтъ настоящаго,-- говорилъ о. Ардальонъ.
-- Десять безъ козырей!-- объявилъ слѣдователь.-- А было ровно шесть взятокъ.
О. дьяконъ швырнулъ карты, такъ что они упали.
-- Горячій игрокъ... Ну-ка, теперь что пришло, о. дьяконъ?
-- Ерунда, глядѣть не хочется.
-- А вы къ медалямъ ближе держите карты... Не показывайте...
О. Аполлонъ держался все время какъ-то неодинаково. То онъ, по обыкновенію, щипалъ свою тощую бороденку и по мальчишески усмѣхался, то вдругъ напускалъ на себя серьезность и важно вышагивалъ. Это не осталось незамѣченнымъ его товарищемъ Гусевымъ, который спросилъ:
-- Что ты такъ нахохлился, Аполлонъ Бельведерскій?
-- Что такое?-- еще серьезнѣе сдѣлался о. Аполлонъ, принимая оборонительную позу.
-- Я тебя не узнай.