-- А-а,-- важно проговорилъ о. Аполлонъ, круто отвернулся и прошелся безподобно торжественными шагами, заложивши руки за спину.
Товарищъ закусилъ губы, недоумѣвая и произнесъ сквозь зубы:-- Фигура!-- подумавъ въ то же время: "Не удобно здѣсь скандалить, а въ другомъ мѣстѣ я бы тебя пронялъ".
Уже солнце давно зашло, и улеглась пыль отъ табуна, а гости все не уѣзжали. Дожидались фейерверка, который изготовилъ Костя Гусевъ, мастеръ на всѣ руки. Когда узнала объ этомъ благочинниха, то очень обезпокоилась.
-- Смотри, Костя, не надѣлай пожара.
-- Ну вотъ, Ираида Ивановна, мы вѣдь въ коноплянникѣ, не загорится...
И послѣдняя ракета была пущена, а молодежи все не хотѣлось уѣзжать.
-- Мамаша, погодите еще полчасика,-- упрашивали барышни матерей.
-- Конечно, куда такъ рано, мы еще потанцуемъ,-- упрашивали и семинаристы.
Наконецъ, пробило на колокольнѣ одиннадцать часовъ.
-- А, батюшки!-- всполошились всѣ матери.-- Вотъ засидѣлись! Когда-то мы домой попадемъ! Нѣтъ, пора, пора,-- кричали онѣ въ одинъ голосъ, на этотъ разъ совершенно не слушая дѣтей, восторженное настроеніе которыхъ все усиливалось, но не дошло еще до апогея.