-- Постой, постой, сватъ!-- перебивалъ Петруха, стремясь скорѣе высказаться.-- Потомъ бы привезли кирпичу, известки, песку, наняли каменщиковъ, и опять:-- "Айда, робяты! выдѣлывай стѣны и потолокъ или своды".
-- Своды готовы, подвалъ большущій, кирпичу нисколь не потребуется,-- произнесъ Ѳома Лукичъ, какъ бы обсуждая проектъ Шалая.
-- Да не о томъ я,-- перебивалъ Шалай,-- я къ примѣру...
-- Не потребуется,-- соглашался съ Ѳомой и Кузьма Крышкинъ,-- старикъ такихъ же почти лѣтъ, какъ и Ѳома,-- не слушая Шалая и сочувственно улыбаясь сверстнику старческой улыбкой, открывавшей беззубый ротъ.
-- Чаво вы, безтолковые, не понимаете, что я хочу сказать?-- горячился Шалай.-- Я къ тому рѣчь веду, что все это обойдется двѣ тыщи цѣлковыхъ.
-- Много,-- попрежнему возражали и Ѳома, и Кузьма.
-- Фу, какіе! Да, можетъ, всего и полтина расходу, да мнѣ вовсе не надо пещерной церкви. А это я къ тому, что можно ли такъ: кому что надо, то и подай! А деньги церковныя.
-- Извѣстно, а то какія же? Чай, въ церкви дѣлается.
-- Ну, вотъ, мы бы и выстроили, и пріѣхалъ бы благочинный,-- развивалъ свою мысль Петръ Шалай,-- и допросъ! "А по какому праву Петру Иванычу съ попомъ потребовалась пещерная церковь? Гдѣ дозволеніе? То да се... Куда смотритъ староста? Чево глядятъ попечители? Значитъ, Петруха съ попомъ въ отвѣтѣ. Вотъ оно въ чемъ дѣло.
Но больше половины мужиковъ уже не столько интересовались логикой Петра, сколько случайной идеей пещерной церкви, которая очень многимъ понравилась, такъ что Ѳома, всѣхъ больше увлекшійся этой идеей, можетъ быть, подъ вліяніемъ смутно сознаваемой близкой своей кончины,-- ему было подъ 70 лѣтъ -- промолвилъ: