-- О, мистеръ Масси поздно ложится, отвѣчалъ Адамъ.-- Да и вечерній классъ еще не кончился. Нѣкоторые изъ учениковъ, кому далеко ходить, приходятъ очень поздно. И самъ Бартль никогда не ложится раньше одиннадцати.
-- Ну, такъ я не хотѣла бы имѣть его жильцомъ въ моемъ домѣ, сказала мистрисъ Пойзеръ,-- чтобы по всѣмъ комнатамъ было накапано саломъ отъ свѣчки, такъ что, вставши поутру, всякій разъ рискуешь поскользнуться и разбить себѣ носъ.
-- Да, одиннадцать часовъ -- это поздно, очень поздно, проговорилъ старикъ Мартинъ.-- Сколько лѣтъ я на свѣтѣ живу, а никогда не ложился такъ поздно, развѣ только когда гулялъ на свадьбахъ, да на крестинахъ,-- ну, да то совсѣмъ другая статья. Одинадцать часовъ -- это очень поздно.
-- А я такъ часто сижу до двѣнадцати, сказалъ Адамъ, смѣясь,-- только не изъ-за гулянья, а изъ-за работы... Покойной ночи, мистрисъ Пойзеръ; покойной ночи, Гетти.
Гетти могла только улыбнуться, не подавая руки, такъ какъ у нея всѣ пальцы были перепачканы смородиннымъ сокомъ; но остальные отъ души пожали большую руку, протянутую имъ, и сказали:
-- Приходите же поскорѣй.
-- Нѣтъ, вы только подумайте! сказалъ мистеръ Пойзеръ, когда Адамъ вышелъ:-- не спать до половины перваго ночи ради того, чтобъ больше заработать... Немного найдется молодыхъ парней по двадцать седьмому году, которыхъ можно было-бы поставить съ нимъ на одну доску.-- Да, Гетти, если ты съумѣешь подцѣпить Адама, ты будешь когда-нибудь ѣздить въ собственной рессорной повозкѣ -- за это я тебѣ поручусь.
Гетти въ это время проходила по кухнѣ съ блюдомъ смородины, и дядя ея не могъ видѣть, съ какимъ презрѣніемъ она мотнула головой въ отвѣтъ на его слова. Ѣздить въ собственной рессорной повозкѣ!-- такая перспектива казалась ей теперь ничуть не завидной.