-- Эге, да тутъ, кажется, замѣшана баба! пробурчалъ Бартль съ величайшимъ презрѣніемъ.-- Если такъ,-- я отъ тебя отрекаюсь, Адамъ.
-- Постойте, Бартль, сказалъ мистеръ Пойзеръ;-- объ этой бабѣ вы сами хорошо отзывались. А что, попались? Нечего, нечего,-- теперь отступать уже поздно. Не вы-ли какъ-то сказали, что женщины были-бы недурнымъ изобрѣтеніемъ, еслибы всѣ походили на Дину?
-- Я говорилъ объ ея голосѣ, милый другъ, только о голосѣ, сказалъ Бартль.-- Ее я еще могу слушать, не испытывая желанія заткнуть уши ватой. Во всемъ-же другомъ, я увѣренъ, она какъ и всѣ бабы: воображаетъ, что можно добиться, чтобы дважды два было пять, если хорошенько похныкать, да побольше надоѣдать людямъ.
-- Ну да, послушать иныхъ людей, такъ подумаешь, что мужчина только взглянетъ на мѣшокъ съ пшеницей и сразу скажетъ вамъ, сколько въ немъ зеренъ,-- до того они всѣ проницательны. О, мужчины! да они все видятъ насквозь, съ тѣмъ возьмите! Оттого-то, должно быть, они такъ плохо видятъ, что дѣлается у нихъ подъ носомъ.
Мартинъ Пойзеръ, въ восторгѣ отъ находчивости жены, весь затрясся отъ смѣха и подмигнулъ Адаму, какъ будто! говоря: "Что, попался теперь твой учитель"!
-- Ну, еще-бы, куда-же намъ до бабъ, куда намъ до бабъ возразилъ насмѣшливо Бартль.-- Баба еще не слыхала, о чемъ говорятъ, а ужъ знаетъ, въ чемъ дѣло. Баба скажетъ мужчинѣ, о чемъ онъ думаетъ,-- прежде, чѣмъ онъ самъ догадался -- о чемъ.
-- Что-жъ, въ этомъ нѣтъ ничего невозможнаго, отрѣзала мистрисъ Пойзеръ:-- мужчины всѣ такіе увальни, что ихъ мысли всегда ихъ перегоняютъ, такъ-что, если они и успѣваютъ когда поймать свою мысль, такъ развѣ за хвостъ. Я успѣю счесть петли въ моемъ чулкѣ, прежде чѣмъ мужчина повернетъ языкомъ; да и даже тогда, когда онъ наконецъ чѣмъ-нибудь разрѣшится, много-ли выжмешь изъ того, что онъ тебѣ сказалъ? Извѣстное дѣло: куры больше высиживаютъ болтуновъ. Я впрочемъ не отрицаю, что женщины глупы: недаромъ Всемогущій Господь далъ ихъ въ подруги мужчинамъ.
-- Хороша подруга,-- что и говорить!-- которая такъ-же подходитъ тебѣ, какъ уксусъ зубамъ. Мужъ сказалъ слово, а жена ему десять -- наперекоръ; захотѣлъ онъ горячей говядины,-- она непремѣнно подастъ ему холодной свинины; развеселился онъ въ недобрую минуту,-- она постарается отравить его веселье своимъ хныканьемъ. Да, да, подруга,-- добрый товарищъ,-- такой-же, какъ слѣпень для коня: всегда знаетъ, въ какое мѣсто лучше ужалить,-- всегда знаетъ, какъ сдѣлать человѣку больнѣй.
-- Ну да, я знаю, что нравится мужчинамъ, сказала мистрисъ Пойзеръ:-- мужчинѣ нужна жена -- дура, которая, что-бы ни продѣлывалъ мужъ, будетъ на все улыбаться ему, какъ красному солнышку, будетъ говорить "спасибо" за каждый пинокъ и притворяться, что она даже не знала, на головѣ она стоитъ, или на ногахъ, пока мужъ не научилъ ее уму-разуму. Вотъ что мужчины,-- если не всѣ, такъ почти всѣ,-- любятъ въ женѣ; имъ нужно, чтобы подлѣ нихъ былъ дурака", который твердилъ-бы имъ, что они необыкновенно умны. Впрочемъ, иные могутъ и безъ этого обойтись: они и такъ достаточно высокаго мнѣнія о себѣ. Вотъ почему на свѣтѣ есть старые холостяки.
-- Послушайте, Крегъ, сказалъ мистеръ Пойзеръ шутливо,-- надо вамъ поскорѣе жениться, не то какъ разъ угодите въ старые холостяки,-- а вы видите, какъ женщины ихъ честятъ.