-- Я и не вижу причины, зачѣмъ мнѣ унизиться до брака съ человѣкомъ безъ средствъ?-- съ сердцемъ проговорила Гвендолина.
Слова дяди вывели ее изъ терпѣнія; но, чувствуя, что она сказала слишкомъ много, она вышла изъ комнаты.
-- Вотъ такъ она всегда говоритъ о замужествѣ,-- сказала м-съ Давило;-- но, разумѣется, какъ только явится суженый, ея взгляды измѣнятся.
-- Она еще никого не любила?-- спросилъ Гаскойнъ.
-- Еще вчера вечеромъ,-- отвѣтила м-съ Давило, качая головой,-- она мнѣ сказала: "мама, я удивляюсь, какъ это молодыя дѣвушки влюбляются? Мужчины всѣ такіе уморительные! Я понимаю любовь только въ романахъ".
М-ръ Гаскойнъ засмѣялся и перемѣнилъ разговоръ.
-- Ну, какъ твое здоровье, Рексъ?-- спросилъ онъ у сына на другое утро за завтракомъ.
-- Такъ-себѣ, сэръ; не хорошо.
-- Такъ ты не въ состоянія ѣхать сегодня въ Соутгамптонъ?
-- Не хотѣлось-бы,-- отвѣтить Рексъ дрожащимъ голосомъ.