-- Я надѣюсь, сказалъ Гарольдъ священнику,-- что вы съ своей стороны не имѣете ничего противъ?
-- Ровно ничего, сэръ, если дочь моя сама видитъ ясно свой путь.
-- Вы поѣдете -- теперь -- съ нами, сказала м-ссъ Тренсомъ убѣдительно.-- Вы возвратитесь съ нами въ каретѣ.
Гарольдъ былъ чрезвычайно доволенъ поведеніемъ матери въ этомъ дѣлѣ, тѣмъ болѣе что онъ боялся различныхъ затрудненій съ ея стороны. Онъ еще не видѣлъ ее въ такомъ хорошемъ расположеніи духа, съ тѣхъ поръ какъ возвратился домой. Тайна заключалась въ очарованіи милой почтительности Эсѳири, очарованія, котораго еще до сихъ поръ не было въ старческой жизни м-ссъ Тренсомъ. Поведеніе Эсѳири, говоря откровенно, не исключительно проистекало изъ высшихъ нравственныхъ источниковъ: надъ ея дѣйствительно благородными, великодушными чувствами преобладало удивленіе и поклоненіе выговору м-ссъ Тренсомъ, аристократическому спокойствію ея рѣчи, изящному, тонкому аромату ея одежды. Она всегда думала, что жизнь должна быть особенно легка и пріятна для тѣхъ, кто проводитъ ее въ изящной аристократической средѣ; и такъ казалось ей и въ эту минуту. Она непритворно желала ѣхать въ Тренсомъ-Кортъ.
-- Если отецъ мой ничего не имѣетъ противъ, сказала она, ваше приглашеніе такъ убѣдительно, вы настаиваете такъ обязательно.... но только позвольте мнѣ уложить нѣсколько платьевъ.
-- Сдѣлайте одолженіе; мы вовсе не спѣшимъ.
Когда Эсѳирь вышла изъ комнаты, Гарольдъ сказалъ:
-- Кромѣ этой непосредственной причины нашего посѣщенія, м. Лайонъ, мнѣ хотѣлось видѣть васъ, чтобы переговорить съ вами насчетъ несчастныхъ послѣдствій выборовъ. Но я не имѣлъ возможности обратиться къ вамъ до сихъ поръ, потому что былъ заваленъ частными дѣлами.
-- Вы совершенно справедливо назвали эти послѣдствія несчастными, сэръ. А даже не знаю, о чемъ мнѣ больше сѣтовать -- о вредѣ, который ошибочный, ложный образъ дѣйствія нанесъ правому дѣлу, или объ оковахъ, наложенныхъ имъ на дорогаго для меня молодаго человѣка. Одинъ посѣетъ, а другой пожнетъ -- правда, примѣнимая къ злу, какъ и къ добру.
-- Вы говорите о Феликсѣ Гольтѣ. А принялъ мѣры, чтобы обезпечить наилучшую законную помощь за арестованными: но мнѣ сказали, что Гольтъ положительно отвергаетъ всякую помощь отъ меня. А надѣюсь, что онъ не будетъ настолько неразуменъ, чтобы самому защищать себя безъ указаній свѣдущихъ, спеціальныхъ людей. Несчастіе нашихъ законовъ заключается въ томъ, что уголовному преступнику нельзя имѣть адвоката. Краснорѣчивое слово можетъ въ судѣ принести человѣку столько же пользы, сколько и вреда. Онъ непремѣнно хочетъ изложить все дѣло какъ можно яснѣе, и я боюсь, чтобы онъ не зашелъ черезъ-чуръ далеко въ своемъ стараніи разоблачить истину.