-- О повѣрьте мнѣ, я давно отказалась отъ этихъ теорій, отвѣчала она съ такой же улыбкой.
Она невольно вспомнила, какъ бранилъ ее Феликсъ за пристрастіе къ байроновскимъ героямъ и внутренно прибавляла третій родъ человѣческой природы, къ двумъ видамъ, которые поименовалъ Гарольдъ. Онъ же между тѣмъ очень естественно предположилъ, что Эстеръ отреклась отъ своихъ прежнихъ понятій ради него, и лицо его просіяло. Дѣйствительно это лицо было очень пріятное, вообще Гарольдъ не могъ не нравиться молодой дѣвушкѣ, хотя слишкомъ много заботился о винахъ, кушаньяхъ, соусахъ, и имѣлъ привычку оцѣнивать каждый предметъ согласно тому удовольствію, которое онъ ему приносилъ. Самая его доброта не была симпатична, онъ всегда устроивалъ счастье людей по своему собственному произволу не испрашивая на то ихъ согласія и совѣта. Невольно сравнивая его съ другимъ человѣкомъ, вѣчно присущимъ въ ея мысляхъ, Эстеръ находила тоже самое качество и въ политическихъ мнѣніяхъ Гарольда; правило всегда пользоваться, какъ можно болѣе личными преимуществами, было амальгамой спаявшей его родовою гордость, съ преданностью къ реформамъ, которыя должны были уничтожить всѣ преданія и превратить золотыя графскія короны въ позолоченныя ложки для народа. Страшенъ проницательный взглядъ блестящихъ женскихъ глазъ, если они когда нибудь останавливались съ восторгомъ на строгой истинѣ; но строгая истина конечно рѣдко является передъ глазами женщины. Эстеръ однако дѣйствительно видала лицомъ къ лицу истину, и Гарольдъ, хотя не совершенно ясно постигая, въ чемъ дѣло, видѣлъ слѣдствіе такого удивительнаго просвѣтленія и былъ осторожнѣе, чѣмъ когда либо въ своей жизни. Эта осторожность помѣшала бы ему продолжать разговоръ и спросить Эстеръ съ какимъ человѣкомъ, изъ двухъ приведенныхъ видовъ, было бы пріятнѣе жить, по ея мнѣнію, даже еслибъ дядя Линтонъ не присоединился къ нимъ въ эту минуту и не сталъ говорить о хозяйственныхъ распоряженіяхъ. Онъ объявилъ, что тотчасъ свернетъ въ сторону и пойдетъ черезъ траву на ферму, чтобъ посмотрѣть на тѣ улучшенія, которыя Гарольдъ производилъ съ такою невиданною поспѣшностью.
-- Но знаешь, Гарольдъ, сказалъ ректоръ, когда они остановились передъ разставаньемъ, всего нельзя дѣлать наскоро. Пшеница требуетъ времени, чтобъ вырости, хотя бы ваши реформы и изжили съ лица земли насъ всѣхъ, старыхъ тори. Теперь, выборы кончились, и я снова старый тори. Ты видишь, Гарольдъ, что радикалъ не годится для нашего графства. На слѣдующихъ выборахъ ты долженъ искать себѣ округа, гдѣ ищутъ аристократической крови. Я бы очень желалъ, чтобъ ты былъ представителемъ нашего графства, а радикалъ изъ хорошаго семейства какъ разъ будетъ подъ пару новомодному тори, въ родѣ молодого Дебари; но эти безпорядки -- дѣло скверное. Мнѣ за это по крайней мѣрѣ съ годъ будутъ голову мыть на сессіяхъ. Но что это за женщина съ ребенкомъ? Это не изъ моихъ прихожанъ.
Гарольдъ и Эстеръ обернулись и увидѣли подходившую къ нимъ пожилую женщину, съ худенькимъ, рыженькимъ мальчикомъ, плохо прикрытымъ курткой, не достигавшей тальи; но за то шея его была очень тепло закутана въ синій, шерстяной шарфъ. Эстеръ тотчасъ узнала обоихъ и почувствовала себя какъ-то неловко. Мы всѣ такія жалкія существа, такъ падки подчиняться всякаго рода гордости, даже тѣмъ самымъ суетнымъ чувствамъ, отъ которыхъ мы практически отрѣшаемся! Поэтому, не смотря на почти священныя воспоминанія, соединенныя въ умѣ Эстеръ съ образомъ м-съ Гольтъ, она невольно вздрогнула при одной мысли о тѣхъ глупостяхъ, которыя наговоритъ эта женщина; ей прискорбно было, что Феликсъ въ какомъ бы то ни было отношеніи будетъ имѣть своимъ представителемъ эту старуху.
Когда м-съ Гольтъ подошла достаточно близко, чтобы ее можно было подробно разсмотрѣть, то оказалось, что она не была одѣта, съ цѣлью прельстить глаза суетнаго человѣка, но скорѣе поразить его выраженіемъ скорби, на сколько можно выразить ее измятымъ платьемъ и торчащими во всѣ стороны фальшивыми волосами. Все же она не могла потерять сознаніе собственнаго достоинства, какъ бы ея положеніе не было несчастно; напротивъ, въ настоящемъ случаѣ, во всей ея фигурѣ выражалась полная увѣренность въ силѣ своей репутаціи и ума, чтобы тамъ не говорили м-ръ Лайонъ или упрямый Феликсъ. Она присѣла всей компаніи, потомъ подошла къ Эстеръ, которая, не смотря на все свое нежеланіе, выдернула свою руку изъ руки Гарольда и, погладивъ по головкѣ маленькаго Джоба, сказала очень любезно: "здравствуйте м-съ Гольтъ."
-- Да, вы его знаете миссъ Лайонъ, сказала м-съ Гольтъ такимъ тономъ, который подразумѣвалъ, что ея слова должны быть назидательными для всей компаніи,-- вы знаете маленькаго сиротку, котораго сынъ мои Феликсъ принесъ домой, чтобъ я о немъ пеклась. Я это и дѣлала, и никто бы не поступилъ такъ, какъ я, хотя одно горе -- моя награда.
Эстеръ молча стояла передъ говорливой старухой, въ безпомощной рѣшимости перенесть все, что могло случиться. Между тѣмъ, маленькій Гарри, пораженный появленіемъ Джобби Теджа подошелъ съ своею тѣлежкой къ мальчику, котораго онъ превосходилъ ростомъ, толщиной и здоровымъ, смуглымъ цвѣтомъ лица. Онъ посмотрѣлъ прямо въ глаза Джобу, потомъ повернулъ его, дернулъ за кончикъ куртки и наконецъ, снявъ его маленькую суконную фуражку, сталъ разглядывать съ любопытствомъ его рыжія кудри. Джобъ вытаращилъ свои глаза, съ удивленіемъ, при этомъ осмотрѣ; наконецъ Гарри, чисто въ видѣ опыта, вынулъ конфекту изъ сумки, висѣвшей у него черезъ плечо и приложилъ ее къ губамъ Джоба. Результатъ испытанія оказался удовлетворительнымъ для обоихъ. Всѣ присутствующіе слѣдили съ любопытствомъ за этой маленькой комедіей, а когда Джобъ сталъ сосать конфекту, и Гарри, посмотрѣвъ на него вопросительно, погладилъ его по спинѣ, всѣ громко разсмѣялись, конечно исключая м-съ Гольтъ, которая, тихо качая головой, ударяла одной рукой по ладони другой, съ мрачнымъ терпѣніемъ трагика, который обязанъ вынести юмористическій эпизодъ вставленный въ трагедію для развлеченія публики.
-- Я надѣюсь, что кашель Джоба гораздо лучше, произнесла наконецъ Эстеръ, не зная хорошенько, что сказать.
-- Вѣроятно вы питаете эту надежду, миссъ Лайонъ, сказала м-съ Гольтъ устремляя глаза въ пространство,-- я не имѣю никакой причины сомнѣваться въ вашемъ участіи къ этому сироткѣ, Феликсу и мнѣ. Конечно, никто не имѣлъ никогда причины желать мнѣ зла. Моя репутація выдержитъ всякіе распросы. Вотъ что я сказала сама себѣ, когда рѣшилась придти сюда повидаться съ вами и просить, чтобъ вы дали мнѣ случай переговорить съ м-ромъ Трансомомъ. Я сказала себѣ, что какова бы не сдѣлалась теперь миссъ Лайонъ отъ своего неожиданнаго возвышенія, она все же дочь нашего проповѣдника, все же приходила ко мнѣ въ домъ и гуляла съ моимъ Феликсомъ...
Тутъ м-съ Гольтъ остановилась на минуту, какъ бы поражеиная воспоминаніями.