-- Ну ужь отъ этого уволь! Атласныя подушки не по моей части. Я привыкла, быть главнымъ управителемъ и сидѣть въ сѣдлѣ часа по два, по три въ день. Вѣдь кромѣ мызы, у насъ еще двѣ фермы на рукахъ.
-- Пш! Значитъ Джерминъ плохо устроилъ имѣніе. Все это должно измѣниться подъ моимъ правленіемъ, небрежно замѣтилъ Гарольдъ, повертываясь на каблукахъ и ощупывая въ карманѣ ключи отъ чемодановъ, которые только-что внесли въ комнату.
-- Можетъ быть, когда ты поживешь въ Англіи, сказала мистриссъ Трансомъ, покраснѣвъ какъ дѣвчонка,-- ты убѣдишься, какъ мудрено найти наемщика для фермы.
-- О, я очень понимаю трудность этого дѣла, матушка. Для того нужно имѣть толкъ, чтобы съумѣть заманить наемщика. Надо имѣть всегда на готовѣ запасъ толку, достаточный, чтобы удовлетворить всѣмъ требованіямъ -- одна изъ самыхъ мудреныхъ торговыхъ операцій. Если я теперь позвоню, найдется кто нибудь въ домѣ, чтобы мнѣ прислуживать?
-- У насъ всего двое, ключникъ Гиксъ и лакей Джебезъ, они оба были еще при тебѣ.
-- Помню, помню Джебеза -- только вѣдь онъ всегда былъ олухъ. Нѣтъ я ужь лучше возьму стараго Гикса. Онъ былъ такой акуратный маленькій человѣчекъ и отчеканивалъ слова какъ какая нибудь машина. Но теперь эта машина должна быть очень старая.
-- Какъ ты хорошо помнишь нѣкоторыя вещи, Гарольдъ.
-- Я никогда не забываю мѣста и людей -- всегда помню, на что они похожи и какую можно извлечь изъ нихъ пользу. Весь околодокъ у меня въ головѣ, какъ на ладони. Чертовски красивый уголокъ, за-то народъ какая то безсмысленная куча виговъ и торіевъ. Я думаю они все тѣ же.
-- Я, по крайней мѣрѣ, не измѣнилась, Гарольдъ. Ты первый въ семьѣ вздумалъ быть радикаломъ. Плохо я думала, для чего берегла эти чудные старые дубы. Дома радикаловъ обыкновенно обсажены какими-то несчастными, вчера только насаженными голыми розгами.
-- Ваша правда, матушка, только розги радикаловъ разростутся, а ваши торійскіе дубы на половину сгнили, съ шутливой небрежностью замѣтилъ Гарольдъ. Вы предложили Джермину явиться завтра пораньше.