Гарольду Трансому, съ другой стороны, было весьма непріятно вмѣшательство Феликса въ частности, касавшіяся выборовъ. Онъ чувствовалъ себя оскорбленнымъ, при видѣ необходимости оправдываться передъ человѣкомъ съ безпокойнымъ языкомъ. Чувство, испытываемое имъ было подобно ощущенію фабриканта, который затратилъ капиталъ на выдѣлку бочекъ изъ числѣ сдѣланныхъ уже -- нашелъ одну бочку съ фальшивымъ дномъ. Практическій человѣкъ долженъ стремиться къ цѣли только доступнымъ ему путемъ, т. е. если ему нужно попасть въ парламентъ, то онъ не долженъ быть слишкомъ разборчивъ на средства. Не быть ни донъ-Кихотомъ, ни теоретикомъ, стремящимся къ исправленію нравовъ вселенной, вообще не считается безчестнымъ; но Гарольдъ питалъ отвращеніе ко всему, что было дѣйствительно безчестно, или считалось такимъ. Въ такомъ настроеніи духа, онъ не говорилъ ни слова дорогою, и прямо войдя въ контору, въ которой Джерминъ былъ не одинъ, надменно сказалъ.

-- Возникъ вопросъ объ избирательныхъ интригахъ въ Спрокстонѣ. Можете вы дать теперь же объясненіе по этому предмету? Со мной м-ръ Гольтъ, который хочетъ знать какъ было дѣло.

-- Да, конечно, отвѣчалъ Джерминъ, который, по обыкновенію становился тѣмъ хладнокровнѣе и разсудительнѣе, чѣмъ непріятнѣе было его положеніе. Онъ произнесъ эти слова стоя и когда повернулся лицомъ къ посѣтителямъ, то его широкая фигура закрыла собой другого человѣка, который писалъ за конторкой.

-- Мистеръ Гольтъ -- и -- безъ сомнѣнія -- и -- знаетъ какъ дорого время у дѣловаго человѣка. Вы можете теперь же объясниться. Джентльменъ этотъ...-- здѣсь Джерминъ сдѣлалъ легкое движеніе головою назадъ -- одинъ изъ нашихъ.

-- Я жалуюсь просто на то, сказалъ Феликсъ, что одинъ изъ вашихъ агентовъ посланъ былъ для подкупа людей въ Спрокстонѣ -- цѣль подкупа вамъ должна быть лучше извѣстна, чѣмъ мнѣ. М-ру Трансому, по видимому, было неизвѣстно это и онъ не одобряетъ такого образа дѣйствій.

Пока Феликсъ говорилъ, Джерминъ не спускалъ съ него серьезнаго и пристальнаго взгляда; въ тоже время онъ вынулъ изъ кармана небольшую пачку бумагъ и, повернувъ медленно голову къ Гарольду, опустилъ руку въ карманъ за карандашемъ.

-- Я вовсе этого не одобряю, сказалъ Гарольдъ, ненавидѣвшій разсчитанную медленность Джермина и увѣренность въ своей собственной непроницаемости.-- Пожалуйста не дѣлайте этого болѣе.

-- Я знаю, что м-ръ Гольтъ превосходный либералъ, сказалъ Джерминъ, отвѣчая Гарольду наклоненіемъ головы, и затѣмъ продолжалъ, неперемѣнно то глядя на Феликса, то дѣлая замѣтки на вынутыхъ изъ кармана бумагахъ;-- но онъ можетъ быть человѣкъ неопытный и не знаетъ, что нельзя попасть въ члены парламента, не подготовивъ выборы посредствомъ ловкаго и надежнаго человѣка, которому нужно предоставить уже полную свободу въ дѣйствіяхъ. Что же касается до возможности отказаться отъ подобнаго образа дѣйствій впредь, то это вещь условная. Еслибы вы держали когда-либо возжей въ рукахъ, какъ я въ былое время, то знали бы, что не всегда легко остановиться.

-- Я имѣю весьма слабое понятіе объ умѣньѣ держать въ рукахъ возжи, отвѣчалъ Феликсъ,-- но понялъ съ разу, что подобный образъ дѣйствій приноситъ больше вреда, чѣмъ пользы. Еслибы дѣло велось прямодушно, то не зачѣмъ было бы прибѣгать къ угощенію и заставлять людей толпой дѣлать демонстрацію, которая можетъ кончиться очень худо.

-- Конечно можно помѣшать демонстраціи въ нашу пользу, сказалъ улыбаясь Джерминъ.-- Это совершенно справедливо, но если тѣже люди будутъ употреблены для демонстраціи противной стороной -- развѣ вамъ будетъ легче отъ этого, сэръ.