Но еще и разговора не было о желе.
-- Да, прибавила она:-- у меня тамъ, наверху, стоитъ дюжина хрустальныхъ стаканчиковъ для желе, и никогда болѣе не придется мнѣ ихъ употреблять.
Ея голосъ нѣсколько дрожалъ, но раздавшійся звукъ колесъ обратилъ на себя ея вниманіе. Мистеръ и мистрисъ Глегъ вошли въ комнату, вскорѣ послѣ нихъ явились и мистеръ и мистрисъ Пулетъ.
Мистрисъ Пулетъ взошла, плача навзрыдъ: это была ея обыкновенная манера выражать свой взглядъ на жизнь вообщее и на каждое частное событіе въ-особенности.
Что касается мистрисъ Глегъ, то накладка ея была растрепаннѣе обыкновеннаго; платье ее невольно напоминало о своемъ недавнемъ подновленіи: этимъ она хотѣла возбудить въ Бесси и ея дѣтяхъ чувство совершеннаго смиренія.
-- Мистрисъ Глегъ, не хотите ли вы сѣсть у камина, сказалъ ея мужъ, не желая занять самое покойное мѣсто во всей комнатѣ, не предложивъ его прежде ей.
-- Вы видите, что я уже сѣла, мистеръ Глегъ, отвѣчала эта умная женщина: -- если вамъ нравится, вы можете жариться сколько душѣ угодно.
-- Ну, а каковъ нашъ бѣдный больной? добродушно спросилъ мистеръ Глегъ.
-- Мистеръ Тёрнбуль нашелъ, что ему гораздо-лучше сегодня, отвѣчала мистрисъ Тёливеръ: -- онъ уже приходитъ въ себя и говорилъ со мною, но еще не узнаетъ Тома, смотритъ на него будто на чужаго, хотя однажды онъ что-то говорилъ про Тома и его пони. Докторъ говоритъ, что у него память пропала о послѣднихъ годахъ, онъ только помнитъ старину, и Тома не узнаетъ, потому-что представляетъ его себѣ ребенкомъ. Ахъ, Господи!
-- Не водяная ли у него въ головѣ? сказала тётка Пулетъ, отворачиваясь отъ зеркала, у котораго она поправляла свой чепчикъ.-- И врядъ ли онъ встанетъ, когда-нибудь; да если и встанетъ, то вѣрно впадетъ во второе дѣтство, подобно тому, какъ бѣдный мистеръ Каръ! Его, несчастнаго, кормили съ ложки, точно трехлѣтнаго ребенка. Онъ совсѣмъ не могъ ходить, но за-то у него было кресло на колесахъ, въ которомъ его возили; а ты наврядъ ли будешь имѣть для мужа такое кресло и человѣка, чтобъ его возить.