Магги побѣжала отворить дверь, но мать ея поспѣшно выбѣжала изъ кухни къ ней на встрѣчу, говоря:
-- Постой, Магги, я сама отворю.
Мистрисъ Тёливеръ начинала безпокоиться о сынѣ, и поэтому съ завистью смотрѣла на всякую услугу, оказанную сыну кѣмъ-либо другимъ.
-- Ужинъ тебѣ готовъ, мои мальчикъ, сказала она, пока Томъ снималъ шляпу и плащъ.-- Покушай-себѣ, не торопясь, я тебѣ мѣшать не буду.
-- Кажется, батюшка желаетъ видѣть Тома, матушка, сказала Магги:-- ему бы слѣдовало сперва зайти въ гостиную.
Томъ вошелъ къ отцу съ обычнымъ печальнымъ выраженіемъ лица; открытая Библія и чернильница тотчасъ бросились ему въ глаза, и онъ съ недоумѣніемъ и безпокойствомъ обратился къ отцу, который произнесъ:
-- Иди, иди, ты что-то поздненько сегодня; ты мнѣ нуженъ.
-- Что-нибудь случилось, батюшка? сказалъ Томъ.
-- Садитесь, всѣ вы, сказалъ мистеръ Тёливеръ, повелительнымъ голосомъ:-- а ты, Томъ, садись сюда; ты припишешь въ Библію кое-что къ нашей лѣтописи.
Всѣ трое сѣли, не спуская съ него глазъ. Мистеръ Тёливеръ началъ говорить тихо, обращаясь сперва къ женѣ: