-- Я рѣшился, Бесси, я сдержу то, что обѣщалъ тебѣ. Намъ лежать въ одной могилѣ съ тобой, и ссориться намъ на послѣдкѣ не приходится. Я останусь на старомъ мѣстѣ, буду служить Уокиму, и буду служить, какъ слѣдуетъ честному человѣку: тотъ не Тёливеръ, кто не честенъ; но замѣть, Томъ, тутъ онъ возвысилъ голосъ:-- будутъ кричать противъ меня за то, что я не заплатилъ сполна своимъ кредиторамъ; но это не моя вина, а потому, что на свѣтѣ много мошенниковъ. Мнѣ не совладать съ ними; приходится поддаться. Я надѣну на себя ярмо, потому-что ты въ-правѣ сказать, Бесси, что я тебя вовлекъ въ бѣду, и буду служить ему честно, будто не мошеннику. Я честный человѣкъ, хотя мнѣ не придется болѣе поднимать голову: меня подкосили какъ траву; я какъ дерево срубленное.
Онъ остановился, устремивъ взоры на землю. Потомъ, вдругъ поднявъ голову, онъ прибавилъ болѣе-громкимъ и торжественнымъ голосомъ:
-- Но я ему не прощу! Я знаю, они говорятъ, что онъ никогда не желалъ мнѣ зла, такъ всегда лукавый поддерживаетъ подобныхъ мошенниковъ. Онъ всему причина, но онъ важный джентльменъ -- знаемъ, знаемъ! Мнѣ бы, говорятъ, не слѣдовало судиться. Но кто жь виноватъ тому, что въ судѣ нельзя найти посредника, который бы по справедливости рѣшилъ дѣло? Тому-то все-равно -- я знаю, онъ изъ тѣхъ господъ, что обдѣлываютъ чужія дѣла, а потомъ, разоривъ ихъ, подаютъ имъ милостыню. Я ему не прощу! Я бы желалъ ему такого позора, чтобъ и родной сынъ отъ него отступился, чтобъ ему не лучше жизнь была, чѣмъ въ рабочей мельницѣ. Но ему бояться нечего, онъ слишкомъ-большой баринъ; законъ за него. Слышишь, Томъ, и ты никогда не прощай ему, иначе ты мнѣ не сынъ. Можетъ-быть, тебѣ удастся дать ему почувствовать, а мнѣ ужь никогда не придется съ нимъ расплатиться, я запрегся въ ярмо. Ну, теперь, запиши это -- запиши это въ Библію.
-- О, батюшка! какъ можно? воскликнула Магги, становясь около него на колѣни, блѣдная и испуганная.-- Грѣшно проклинать и помнить зло.
-- Не грѣшно, говорятъ тебѣ! вскричалъ отецъ съ яростью.-- Грѣшно, чтобъ мошенники благоденствовали -- это чортово наважденіе. Дѣлай, какъ сказано, Томъ. Пиши!
-- Что мнѣ писать, батюшка? сказалъ Томъ съ горестной покорностью.
-- Запиши, что отецъ твой, Эдвардъ Тёливеръ, принялъ службу у Джона Уокима, потому-что я хочу облегчить бѣдственное положеніе жены и умереть на старомъ мѣстѣ, гдѣ и я и отецъ мой, мы родились. Напиши это какъ слѣдуетъ, ты ужь знаешь какъ, и потомъ напиши, что всего этого я не прощаю Уокиму; и хотя я буду служить ему честно, я отъ души желаю ему всякаго зла. Запиши это.
Мертвая тишина была въ комнатѣ, пока томово перо двигалось по бумагѣ. Мистрисъ Тёливеръ была поражена; Магги дрожала, какъ листокъ.
-- Теперь прочти, что ты написалъ, сказалъ мистеръ Тёливеръ.
Томъ прочелъ громко и медленно.