-- О, гдѣ онъ теперь? спросила Магги съ трепетомъ и жаромъ, которыхъ не могло сдержать ничье присутствіе.
-- Онъ уѣхалъ за границу и писалъ обо всемъ приключившемся своему отцу. Онъ защищаетъ васъ сколько можно; и я надѣюсь, что сообщеніе этого письма вашей кузинѣ будетъ имѣть благотворное на нее дѣйствіе.
Пасторъ Кеннъ далъ Магги успокоиться прежде нежели продолжалъ.
-- Письмо это, повторяю, должно бы быть достаточнымъ, чтобъ уничтожить ложные о васъ толки. Но я принужденъ сказать вамъ, миссъ Тёливеръ, что не только долголѣтняя опытность, но и наблюденія мои въ-теченіе послѣднихъ трехъ дней заставляютъ меня опасаться, что едва-ли самая очевидность избавитъ васъ отъ тяжелыхъ послѣдствіи ложныхъ обвиненій. Тѣ особы, которыя наименѣе способны на такую добросовѣстную борьбу, какова была ваша, по всей вѣроятности первыя отступятся отъ васъ, потому-что не повѣрятъ въ эту борьбу. Я боюсь, что жизнь ваша здѣсь встрѣтитъ не только много горя, но и много препятствій. По этой причинѣ -- и только лишь по этой -- я прошу васъ сообразить: не лучше ли было бы для васъ поискать должности гдѣ-нибудь подальше отсюда, какъ вы сперва желали. Я безъ потери времени употреблю всѣ усилія, чтобъ содѣйствовать вамъ къ этой цѣли.
-- О, еслибъ я могла остаться здѣсь! сказала Магги.-- У меня не хватаетъ духу начать новую жизнь. Мнѣ казалось бы, что я не имѣю покоя, что я, одинокій путешественникъ, отрѣзанный отъ прошедшаго. Я написала къ дамѣ, предлагавшей мнѣ мѣсто у себя и отказалась отъ него. Если я останусь здѣсь, то, можетъ, буду имѣть возможность загладить зло, сдѣланное мною Люси и другимъ: я бы могла убѣдить ихъ въ своемъ раскаяньи. Къ-тому же, присовокупила она, и глаза ея блеснули старымъ огнемъ гордости: -- я не уйду потому, что люди клевещутъ на меня. Я заставлю ихъ отказаться отъ своихъ словъ. И если я и принуждена буду впослѣдствіи уйти отсюда, согласно желанію нѣкоторыхъ, то я все же не уйду теперь.
-- Хорошо, сказалъ мистеръ Кеннъ послѣ короткаго размышленія:-- коль скоро вы рѣшаетесь на это, миссъ Тёливеръ, то вы можете разсчитывать на вліяніе, которое мнѣ дастъ здѣсь мое положеніе. Самое значеніе мое приходскаго священника обязываетъ меня оказать вамъ содѣйствіе и опору. Къ этому я присовокуплю, что, кромѣ-того, я принимаю личное участіе въ вашемъ душевномъ спокойствіи и благосостояніи.
-- Все, что я требую, это -- какое-нибудь занятіе, которое доставило бы мнѣ средство заработывать свой хлѣбъ и быть самостоятельной, сказала Магги.-- Я буду нуждаться въ немногомъ и могу остаться жить тамъ, гдѣ я теперь нахожусь.
-- Я долженъ зрѣло обдумать все это, сказалъ пасторъ Кеннъ:-- и чрезъ нѣсколько дней я лучше буду въ-состояніи удостовѣриться во всеобщихъ чувствахъ къ вамъ. Я посѣщу васъ. Знайте, что вы ни на минуту не выйдете у меня изъ головы.
Когда Магги его оставила, докторъ Кеннъ простоялъ съ руками, сложенными за спиной, и устремленными на коверъ глазами, въ глубокомъ размышленіи; онъ думалъ о предстоявшихъ затрудненіяхъ. Тонъ стивенова письма, которое онъ прочелъ, и отношенія, бывшія въ настоящее время между всѣми лицами, о которыхъ въ немъ шла рѣчь -- все это заставило его подумать о вынужденномъ бракѣ между Стивеномъ и Магги, какъ о меньшемъ злѣ; а невозможность ихъ близости при всякомъ другомъ предположеніи иначе, какъ чрезъ многіе годы разлуки, возбуждала въ будущемъ непобѣдимыя препятствія для Магги оставаться въ Сент-Оггсѣ. Съ другой стороны, онъ со всей понятливостью человѣка, извѣдавшаго душевную борьбу и посвятившаго цѣлую жизнь служенію ближнему, вникъ въ то состояніе ума и сердца Магги, которое заставляло ее смотрѣть на этотъ бракъ, какъ на нѣчто ненавистное. Ея совѣстью не слѣдуетъ играть; правило, принудившее ее поступить такъ, было для нея путеводителемъ надежнѣе всякихъ послѣдствій. Его опытность говорила ему, что вмѣшательство влекло за собой слишкомъ-большую отвѣтственность, чтобъ легко рѣшиться на него: такъ-какъ вѣроятныя послѣдствія какъ попытки возобновить прежнія отношенія ея къ Люси и Филиппу, такъ и совѣта покориться этому новому потоку чувствъ были скрыты во мракѣ, тѣмъ болѣе-непроницаемомъ, что каждый шагъ могъ принести зло. Задача согласовать страсти съ обязанностями покажется трудна всякому, кто способенъ понять ее. Вопросъ: наступила ли та минута, когда возможность самоотверженія съ пользой уже миновалась, и когда человѣку остается подчиниться страсти, съ которой онъ боролся, какъ со смертью, есть такой, для рѣшенія котораго мы не имѣемъ ключа, годнаго на всѣ случаи. Слово казуистъ сдѣлалось словомъ упрека; но сквозь ихъ испорченный, всеосуждающій умъ проглядываетъ истина, которою мы слишкомъ-рѣдко проникаемся, именно, что нравственныя сужденія должны быть ложны и пусты, если они не провѣрены постояннымъ примѣненіемъ къ тѣмъ особенностямъ, которыми отличается въ частности судьба каждаго человѣка.
Недюжинныя и широкія натуры вообще чувствуютъ родъ инстинктивнаго отвращенія къ людямъ тѣсныхъ правилъ. Это происходитъ отъ того, что онѣ рано приходятъ къ убѣжденію, что таинственная сложность нашей жизни не можетъ быть вполнѣ подчинена избитымъ правиламъ, и что стѣснить себя такимъ образомъ въ готовыхъ формулахъ, значитъ, подавить всѣ высокія побужденія и внушенія, проистекающія отъ симпатіи и основательнаго изученія человѣческой души. Мужъ принципа есть олицетвореніе тѣхъ умовъ, которые въ своихъ нравственныхъ сужденіяхъ управляются лишь общими правилами, полагая, что этимъ готовымъ, патентованнымъ способомъ они достигнутъ правды, не имѣя труда употреблять въ дѣло терпѣніе, безпристрастіе и заботы убѣдиться, достигли ли они знанія человѣческой души, выработаннаго способностью оцѣнивать искренне, или жизнью на столько полною и обдуманною, чтобъ развить въ нихъ глубокое сочувствіе ко всему человѣческому.