-- Не совѣтую вамъ, миссъ Магги, сказалъ Томъ, замѣчая, что она уже хваталась за книгу: -- мистеръ Стелингъ никому не позволяетъ дотрогиваться безъ спроса; и мнѣ достанется, если ты возьмешь хоть одну.
-- Ну, хорошо! покажи жь мнѣ твои книги, сказала Магги, обнимая Тома и потирая его щеку своимъ кругленькимъ носикомъ.
Томъ, совершенно-довольный въ глубинѣ своего сердца, что онъ опять былъ съ милою Магги, съ которою онъ могъ спорить и которою онъ могъ снова командовать, схватилъ ее вокругъ тальи и началъ вмѣстѣ съ нею прыгать около большаго письменнаго стола. Они прыгали, не останавливаясь, съ такою силою, что волосы Магги выпали изъ-за ушей и вертѣлись во всѣ стороны, какъ живая швабра. Но повороты около стола дѣлались болѣе-и-болѣе неправильными, пока, наконецъ, наткнувшись на пюпитръ мистера Стелинга, они съ громомъ опрокинули его вмѣстѣ съ лексикономъ. По счастью, это было въ нижнемъ этажѣ, да и въ особенномъ флигелѣ, гдѣ находилась классная комната, такъ-что это паденіе не отдалось тревожнымъ эхомъ, хотя Томъ, пораженный, простоялъ нѣсколько минутъ, страшась появленія мистера или мистрисъ Стелингъ.
-- Послушай, Магги, сказалъ Томъ, наконецъ, подымая пюпитръ:-- знаешь, здѣсь надо вести себя смирно. Если да мы сломаемъ что-нибудь, мистрисъ Стелингъ заставитъ насъ кричать "рессау!".
-- Что это такое? спросила Магги.
-- Такъ бранятся полатинѣ, сказалъ Тоцгь, какъ бы гордясь своимъ знаніемъ.
-- Сердитая она женщина? спросила Магги.
-- Полагаю! сказалъ Томъ, энергически кивая головой.
-- Я думаю, всѣ женщины сердитѣе мужчинъ, сказала Магги.-- Тётка Глегъ гораздо-сердитѣе дяди Глегъ; и мать моя бранитъ меня чаще, нежели отецъ.
-- Хорошо, придетъ время и ты будешь женщиною, сразилъ Томъ: -- такъ объ этомъ много не разговаривай.