-- А гдѣ-же мать?-- спросилъ онъ озабоченнымъ голосомъ.
-- Она внизу съ тетями. Позвать ее?
-- Да, да. Бѣдная Бесси!-- И глаза его перешли на Тома, когда Магги вышла изъ комнаты.
Тебѣ придется кормить и мать, и сестру, если я умру. Томъ, знай, что тяжело тебѣ будетъ. Но постарайся выплатить всѣ долги. И помни: я взялъ у Луки 500 рублей, безъ росписки. Ему заплати прежде всѣхъ.
Дядя Глеггъ невольно покачалъ головой и выразилъ на лицѣ своемъ огорченіе; но Томъ съ твердостью отвѣтилъ:
-- Хорошо, папа. А нѣтъ-ли у тебя росписки отъ дяди Мосса на три тысячи рублей? Мы и пришли-то за нею. Что прикажешь съ нею сдѣлать?
-- Ахъ, я радъ, что ты напомнилъ!-- сказалъ Тулливеръ.-- Мнѣ никогда не хотѣлось настойчиво требовать этихъ денегъ, чтобы не огорчать тетю. Будь готовъ потерять ихъ, если Моссы не смогутъ заплатить,-- а на это трудно надѣяться! Росписка въ этомъ ящикѣ. Я всегда желалъ тебѣ добра, Гритти,-- обратился больной къ сестрѣ,-- но знаешь, ты огорчила меня тѣмъ, что вышла за Мосса.
Въ эту минуту Магги вернулась съ матерью, которая была очень взволнована извѣстіемъ, что мужъ ея совершенно пришелъ въ себя.
-- Ну, Бесси,-- сказалъ онъ, когда она его поцѣловала,-- прости меня, если ты бѣднѣе, чѣмъ могла ожидать. Но въ этомъ виноватъ судъ, а никакъ не я,-- прибавилъ онъ сердито.-- Виноваты негодяи! Томъ, помни вотъ что: если когда-нибудь представится тебѣ случай, отплати Уэкему. Если ты этого не сдѣлаешь, то будешь негоднымъ сыномъ. Его-бы можно отхлестать хлыстомъ... но за это пойдешь подъ судъ... судъ для того и существуетъ, чтобы заступаться за негодяевъ...
Возбужденіе больного росло, лицо его зловѣще краснѣло. Г. Глеггъ собирался сказать что-то успокоительное, но Тулливеръ заговорилъ съ женою.