Она дрожала, губы ея побѣлѣли; ей казалось, что въ лицѣ странной собесѣдницы передъ ней стоитъ страшный призракъ, говорящій:-- Я -- цѣлая жизнь женщины!
-- Не имѣете-ли еще чего сказать мнѣ?
-- Ничего, теперь вы все знаете.
Гвендолина присоединяется въ остальному обществу; она грустна, разсѣянна. Ей все и всѣ внушаютъ омерзѣніе, и она умоляетъ мать отпустить ее съ знакомыми проѣхаться по Европѣ. Въ теченіи этой поѣздки судьба забрасываетъ ее въ Лейброннъ, гдѣ ей, какъ мы видѣли, суждено было встрѣтиться съ человѣкомъ, которому со-временемъ придется играть первенствующую роль въ ея жизни.
II.
Дерондѣ было всего тринадцать лѣтъ, когда его нравственное я начал о опредѣляться, подъ вліяніемъ даннаго жизнью толчка. Случилось его такъ: онъ лежалъ на травѣ, подперевъ кудрявую голову руками, и читалъ: "Исторію Итальянскихъ Республикъ" -- Сисмонди; гувернёръ его, также съ книгой въ рукахъ, сидѣлъ въ нѣсколькихъ шагахъ отъ него. Было чудное іюльское утро, кругомъ цвѣли розы. Вдругъ мальчикъ поднялъ голову, и, пристально взглянувъ на учителя, спросилъ:
-- Мистеръ Фрезеръ, почему у папъ и кардиналовъ всегда бывало такъ много племянниковъ?
-- Они своихъ родныхъ дѣтей называли племянниками.
-- Отчего?
-- Приличія ряди. Вы вѣдь знаете, что католическому духовенству браки воспрещены, а потому и дѣти духовныхъ -- незаконныя дѣти.