ГЛАВА XXV
Фредъ Винци постарался пріѣхать въ Стонъ-Кортъ неожиданно для Мэри и въ такое время, когда дядя находился на верху, а она сидѣла одна въ нижней гостиной съ рѣзными деревянными стѣнами. Оставя лошадь на заднемъ дворѣ изъ предосторожности, чтобы стукъ ея копытъ по гравію передъ крыльцомъ не былъ услышанъ, онъ вошелъ въ гостиную такъ тихо, что только звукъ отворившейся двери выдалъ его присутствіе. Мэри сидѣла въ своемъ обычномъ уголкѣ, перечитывая Джонсоновы воспоминанія мистриссъ Піоцци и весело, отъ души хохоча надъ многими страницами; услыхавъ шумъ, она подняла глаза, съ улыбкой на губахъ, которая постепенно исчезала по мѣрѣ того, какъ Фредъ молча подходилъ къ ней и остановился у камина, облокотясь на него локтемъ, съ страдальческимъ выраженіемъ въ лицѣ. Мэри, также молча, но вопросительно взглянула на него.
-- Мэри, началъ Фредъ,-- я ни на что негодный подлецъ.
-- Мнѣ кажется, что первый эпитетъ справедливъ отчасти, отвѣчала Мэри, силясь улыбнуться, но чувствуя сердцемъ какую-то бѣду.
-- Мое доброе имя потеряно въ вашихъ глазахъ. Вы сочтете меня лжецомъ, безчестныхъ человѣкомъ; вы подумаете, что я не хотѣлъ поберечь ни васъ, ни вашихъ родителей. Вы всегда меня строго судили,-- я это знаю.
-- Не отрицаю, Фредъ, что я могу все это о васъ думать, если вы подадите мнѣ къ тому поводъ. Но, Бога ради, скажите, что вы такое сдѣлали! Мнѣ легче узнать горькую правду, чѣмъ оставаться въ неизвѣстности.
-- Я былъ долженъ 160 фун.... попросилъ вашего отца поручиться за меня на векселѣ... я думалъ, что не допущу его до непріятностей... я былъ увѣренъ, что внесу деньги самъ... и вы не повѣрите, какъ я объ этомъ хлопоталъ! Но теперь со мной случилось несчастіе... лошадь моя оказалась съ порокомъ, а на лицо у меня оказалось всего 50 фун. Отца просить я не въ состояніи... да онъ и не далъ-бы мнѣ и фарсинга... а дядя недавно подарилъ мнѣ 100 фун.-- къ нему тоже нельзя обратиться... чтожь послѣ этого я могъ сдѣлать? А тутъ, какъ нарочно, у вашего отца нѣтъ въ наличности денегъ... ваша матушка принуждена отдать тѣ 92 фун., которые она сберегла для сына... она говорятъ, что придется взять даже скопленныя вами деньги... Вы видите, какой я...
-- Бѣдная мать! бѣдный, бѣдный отецъ! произнесла Мэри. Глаза ея наполнились слезами и невольное рыданіе вырвалось у нея изъ груди. Какъ будто не замѣчая Фреда, она начала смотрѣть въ даль, живо представляя себѣ домашнюю картину. Фредъ также молчалъ нѣсколько минутъ, чувствуя себя несчастнымъ до послѣдней степени.
-- Я отдалъ-бы все на свѣтѣ, Мэри, чтобы только не огорчать васъ, выговорилъ онъ, наконецъ.-- Вы мнѣ никогда этого не простите.
-- Что пользы изъ того, прощу я васъ или нѣтъ? воскликнула внѣ себя Мэри.-- Развѣ отъ этого легче будетъ моей матери, которая должна лишиться денегъ, скопленныхъ ею уроками втеченіи четырехъ лѣтъ, для того, чтобы можно было послать Альфреда въ школу м-ра Ганнэра? Развѣ вамъ самимъ легче будетъ, когда я васъ прощу?