-- Вы намекаете, что я восхваляю Брука изъ личныхъ побужденій, вскричалъ Виль, задѣтый за живое. Въ первый разъ онъ почувствовалъ себя оскорбленнымъ Лейдгатомъ, отчасти можетъ быть потому, что ему вовсе не хотѣлось, чтобы разбирались мотивы сближенія его съ м-ромъ Брукомъ.
-- И не думалъ, отвѣчалъ Лейдгатъ.-- Я просто объяснялъ свое поведеніе. Я хотѣлъ сказать, что человѣкъ можетъ работать ради какой-нибудь спеціальной цѣли съ людьми двусмысленнаго характера, если онъ вполнѣ увѣренъ въ своей личной независимости и сознаетъ, что имъ не руководятъ личные интересы, желаніе получить мѣсто или деньги.
-- Почему-же вы не относитесь такъ-же либерально и къ другимъ? настаивалъ Виль, все еще чувствующій себя обиженныхъ.-- Моя личная независимость дорога мнѣ столько-же, сколько вамъ ваша. Вы точно также не имѣете основаній предполагать, что я добиваюсь чего-нибудь лично для себя отъ Брука, какъ я не имѣю основаній предполагать, что вы добиваетесь чего-нибудь лично для себя отъ Бюльстрода. Побужденія -- это вопросъ чести, никто не можетъ доказать, что мною руководятъ такія, а не другія побужденія. Что-же касается до мѣста или денегъ, заключилъ Виль, откидывая голову назадъ, то я думаю, никто не можетъ заподозрить, чтобы я дѣйствовалъ подъ вліяніемъ такихъ корыстныхъ соображеній.
-- Вы совершенно не поняли меня, Владиславъ, успокоивалъ его изумленный Лейдгатъ. Занятый оправданіемъ своего собственнаго поведенія, онъ совершенно упустилъ изъ виду, что Владиславъ могъ принять его слова за намекъ на себя.-- Простите меня, что я совершенно ненамѣренно оскорбилъ васъ. Напротивъ, я нахожу, что вы относитесь съ слишкомъ романическимъ пренебреженіемъ къ вашимъ личнымъ интересамъ.
-- Какъ вы скучны сегодня оба! вмѣшалась Розамунда.-- Я рѣшительно не понимаю, къ чему вы еще подняли вопросъ о деньгахъ. Кажется политика и медицина достаточно непривлекательны, чтобы удовольствоваться споромъ изъ-за нихъ однѣхъ. Вы готовы затѣять ссору съ каждымъ встрѣчнымъ и поперечнымъ и другъ съ другомъ изъ-за этихъ двухъ предметовъ.
Произнеся эти слова, Розамунда встала, чтобы позвонить и пошла къ своему рабочему столу.
-- Бѣдная Рози! сказалъ Лейдгатъ, взявъ ее за руку, когда она проходила мимо него: -- подобные споры слишкомъ скучны для такихъ нѣжныхъ созданій, какъ ты. Позабавься музыкой. Попроси Владислава спѣть съ тобой.
Когда Виль ушелъ, Розамунда спросила у мужа:
-- Что тебя такъ раздражило сегодня, Тертій?
-- Меня? Владиславъ былъ раздраженъ, а не я. Онъ точно порохъ.