-- Какъ вы неблагодарны, Фрэдъ. Мнѣ очень жаль, что я не сказала м-ру Фэрбротэру, что вовсе не интересуюсь вами.
-- Нѣтъ, я не неблагодаренъ. Если-бы только не это, я-бы былъ счастливѣйшимъ человѣкомъ въ мірѣ. Я все сказалъ вашему отцу, и онъ былъ очень добръ ко мнѣ; онъ обошелся со мной, какъ съ сыномъ. У меня-бы хватило силы воли приняться за работу, и за переписку, и за все, если-бы не это.
-- Что такое это?
-- Если-бы не эта страшная увѣренность, что м-ръ Фэрбротэръ вытѣснитъ меня.
Мэри чуть не расхохоталась ему въ лицо.
-- Фрэдъ, сказала она, стараясь заглянуть ему въ глаза, которые онъ сердито отворачивалъ,-- вы забавны до нельзя. Если-бы вы не были такъ очаровательно наивны, я-бы, право, поддалась искушенію пококетничать съ вами, и заставить васъ думать, что у меня есть другой вздыхатель, кромѣ васъ.
-- Такъ вы, въ самомъ дѣлѣ, любите меня больше всѣхъ, Мэри! спросилъ Фрэдъ, обращая на нее глаза, полные любви, и стараясь поймать ея руку.
-- Въ эту минуту я васъ нисколько не люблю, отвѣчала Мэри, отступая и закладывая руки за спину.-- Я говорю только, что никогда никто не ухаживалъ за мной, кромѣ васъ, а это плохой аргументъ въ пользу того, что когда-нибудь умный человѣкъ заинтересуется мною, закончила она, смѣясь.
-- Скажите мнѣ только, что вы никогда и не подумаете о немъ.
-- Послушайте, Фрэдъ, не смѣйте никогда болѣе говорить со мной объ этомъ.-- Я рѣшительно, не понимаю, чему приписать -- глупости или подлости,-- что вы не видите, что м-ръ Фэрбротеръ оставилъ насъ однихъ нарочно, чтобы дать намъ возможность поговорить другъ съ другомъ наединѣ. Мнѣ очень жаль, что вы не въ состояніи оцѣнить такой деликатности.