-- Спроси у Владислава, какъ онъ смотритъ на твоего капитана. Онъ совсѣмъ почти пересталъ бывать у насъ съ тѣхъ поръ, какъ къ намъ пріѣхалъ этотъ гость.
Розамунда совершенно иначе объясняла себѣ нерасположеніе Владислава къ капитану. Она думала, что въ немъ говоритъ ревность, и это льстило ея самолюбію.
-- Мало-ли, что не нравится людямъ эксцентрическимъ, отвѣчала она;-- на мой взглядъ, капитанъ Лейдгатъ истинный джентльменъ, и мнѣ кажется, что уже изъ уваженія къ сэру Годвину, тебѣ не слѣдовало-бы обращаться съ нимъ пренебрежительно.
-- Да чѣмъ-же пренебрежительно я съ нимъ обращаюсь; для него всегда накрытъ приборъ за нашимъ столомъ; его ни въ чемъ не стѣсняютъ, а въ моемъ обществѣ онъ вовсе и не нуждается.
-- Все-же тебѣ слѣдовало-бы быть повнимательнѣе къ нему. Можетъ быть, онъ не фениксъ ума, въ томъ смыслѣ, какой ты придаешь этому слову; но вѣдь у него и профессія другая; во всякомъ случаѣ, тебѣ не мѣшало-бы говорить съ нимъ иногда о предметахъ, его интересующихъ. Мнѣ бываетъ очень пріятно разговаривать съ нимъ; онъ очень хорошій человѣкъ.
-- Говоря проще, Рози, ты-бы хотѣла, чтобы я немножко походилъ на него, спросилъ Лейдгатъ съ горькою улыбкою.
Вопросъ этотъ показывалъ, какъ далекъ былъ Лейдгатъ отъ той поры, когда онъ видѣлъ въ Розамундѣ Винци идеалъ женщины, способной искренно увлекаться умомъ и дарованіями. Онъ понялъ, что есть женщины, которымъ дарованія въ мужчинѣ нравятся чисто съ внѣшней стороны, какъ орденъ въ петличкѣ или громкій титулъ передъ именемъ.
Розамунда съ своей стороны поняла, что есть глупость невыносимая, какъ глупость Нэда Плаймдэля, и есть глупость привлекательная, когда она является надушеная, съ аристократическимъ лоскомъ въ образѣ какого-нибудь капитана Лейдгата. Розамундѣ глупость послѣдняго сорта такъ нравилась, что она даже усвоила себѣ нѣкоторые изъ оборотовъ рѣчи своего изящнаго кузена.
Розамунда была всегда охотница до верховой ѣзды, тѣмъ болѣе захотѣлось ей кататься теперь, когда капитанъ Лейдгатъ, привезшій съ собой двухъ лошадей, предложилъ ей свою сѣрую лошадь, ручаясь за то, что она смирна и привыкла ходить подъ дамскимъ сѣдломъ, такъ какъ онъ купилъ ее для своей сестры. Розамунда поѣхала кататься, въ первый разъ не сказавшись мужу, и вернулась домой ранѣе его. Но катанье сошло такъ благополучно и она чувствовала себя послѣ него такъ хорошо, что сообщила мужу о томъ, что ѣздила, вполнѣ увѣренная, что онъ ничего не будетъ имѣть противъ этого удовольствія.
Но Лейдгатъ былъ не только оскорбленъ, онъ былъ пораженъ тѣмъ, что она рискнула поѣхать на незнакомой лошади, не посовѣтовавшись даже съ нимъ. Выразивъ свое изумленіе громкими восклицаніями, онъ помолчалъ съ минуту и потомъ сказалъ рѣшительнымъ тономъ.