-- Это мнѣ даетъ, какъ кажется, право, говорить съ вами по этому поводу. Вѣдь мы друзья, не правда-ли? между нами все ведется на чистоту. Я слушалъ васъ, вы, конечно, не откажетесь выслушать меня, если я съ вами стану говорить о себѣ?
-- Я вамъ такъ много обязанъ, м-ръ Фэрбротэръ, проговорилъ Фрэдъ въ непріятномъ недоумѣніи.
-- Не отрицаю, что вы мнѣ кое-чѣмъ обязаны. Но знаете-ли что, Фрэдъ, мнѣ приходило сильное искушеніе избавить васъ отъ всякаго чувства благодарности ко мнѣ. Услыхавъ отъ кого-то: "Молодой Винци опять сталъ ходить всякій вечеръ въ билльярдную, ему надоѣло насиловать себя", я чуть не поддался искушенію поступить, какъ разъ наоборотъ тому, какъ поступаю теперь. Я было хотѣлъ подержать языкъ на привязи и подождать, пока вы станете опускаться все ниже и ниже, начавъ съ пари...
-- Я не держалъ пари, перебилъ его Фрэдъ быстро.
-- Душевно радъ этому. Но повторяю, мнѣ приходило сильное желаніе наблюдать молча, какъ вы собьетесь съ истиннаго пути, истощите терпѣніе Гарта и утратите право на то счастье, которое дается вамъ теперь цѣной такихъ тяжелыхъ усилій. Вы понимаете, какое чувство вызвало это искушеніе во мнѣ; конечно, понимаете. Вы не можете не знать, что любовь ваша стоитъ мнѣ поперегъ горла.
М-ръ Фэрбротеръ замолчалъ, ожидая отвѣта Фрэда. Молодой человѣкъ колебался съ минуту и, наконецъ, сказалъ:
-- Невозможно требовать отъ меня, чтобы я отказался отъ нея.
Онъ чувствовалъ, что теперь не время великодушничать.
-- Безъ сомнѣнія, если она платитъ вамъ взаимностью. Но такого рода отношенія, какъ-бы долго они ни длились, всегда могутъ измѣниться. Вы можете своимъ поведеніемъ ослабить узы, которыя связываютъ ее съ вами, тѣмъ болѣе, что эти узы еще чисто условныя и въ такомъ случаѣ другой человѣкъ, пользующійся ея уваженіемъ, можетъ занять въ ея сердцѣ то мѣсто, котораго вы лишитесь. Для меня такое предположеніе не имѣетъ ничего невѣроятнаго, закончилъ Фэрбротеръ, увлекаясь все болѣе и болѣе.-- Общность интересовъ можетъ породить симпатію, которая въ состояніи одержать верхъ надъ самою постоянною привязанностью.
Если-бы у м-ра Фэрбротера были ногти и клювъ, то и тогда онъ не могъ-бы причинить Фрэду такой боли, какую причинилъ этими словами. Онъ былъ убѣжденъ что подъ этой гадательной формой кроется полная увѣренность въ томъ, что чувства Мэри измѣнились.