-- Конечно, я знаю, что могу все потерять, заговорилъ Фрэдъ дрожащимъ голосомъ.-- Если она начнетъ сравнивать... онъ оборвался на полуфразѣ, не желая выдавать того, что чувствовалъ и закончилъ съ нѣкоторою горечью:-- но я думалъ, что вы искренно расположены ко мнѣ.
-- И не ошибались; потому-то я и вызвалъ васъ. Но мнѣ приходило сильное искушеніе поступить совершенно иначе. Мнѣ приходили въ голову вотъ какія мысли: если этотъ юноша самъ себя губитъ, то съ чего-же я стану вмѣшиваться. Чѣмъ я хуже его? я старше его шестнадцатью годами, неужели эти шестнадцать лѣтъ безотрадной, одинокой жизни не даютъ мнѣ болѣе правъ на счастье, чѣмъ ему? Если есть шансы, что онъ пропадетъ, то пусть себѣ пропадаетъ, можетъ быть, я все равно и не въ состояніи спасти его, такъ отчего-же мнѣ не воспользоваться его погибелью?
У Фрэда морозъ подиралъ по кожѣ. Что будетъ дальше? Не говорилъ-ли онъ уже съ Мэри? Слова его походили болѣе на угрозу, чѣмъ на предостереженіе.
Но викарій продолжалъ измѣнившимся тономъ:
-- Но прежде во мнѣ говорили болѣе благородныя побужденія и я вспомнилъ ихъ. Для того, чтобы утверждаться въ нихъ, я счелъ за лучшее передать вамъ, Фрэдъ, то, что происходило во мнѣ. Теперь, понимаете-ли вы меня? Я хочу счастья ей, хочу счастья вамъ, и если мое предостереженіе въ состояніи остановить васъ на рискованномъ пути, то... пусть мои слова будутъ вамъ предостереженіемъ.
Послѣднія слова викарій произнесъ едва внятно и остановился. Они дошли до поворота къ церкви и викарій протянулъ Фрэду руку, какъ-будто желая дать ему понять, что разговоръ ихъ конченъ. Фрэдъ былъ глубоко потрясенъ.
-- Я постараюсь быть достойнымъ... васъ и ее, хотѣлъ онъ сказать и не въ состояніи былъ докончить.
-- Не думайте, заговорилъ Фэрбротеръ,-- что я замѣтилъ въ ней малѣйшую перемѣну къ вамъ, Фрэдъ. Въ этомъ отношеніи вы можете быть совершенно спокойны. Ведите себя, какъ слѣдуетъ, и все пойдетъ хорошо.
-- Я никогда не забуду, что вы сдѣлали для меня, отвѣчалъ Фрэдъ.-- Я не умѣю высказать всего, что у меня на душѣ, но я постараюсь, чтобы ваша доброта не пропала даромъ.
-- Этого совершенно довольно. Прощайте, да благословитъ васъ Богъ.