-- Можно-ли такъ зло шутить, Мэри! возразилъ Фрэдъ.-- Посмотрите на края моихъ обшлаговъ. Если я кажусь порядочно одѣтымъ, то это по милости тщательной чистки платья. У меня въ запасѣ три пары и одна изъ нихъ -- свадебная.
-- Воображаю, какъ въ ней вы будете хороши! Точно старинная картинка модъ.
-- Въ два года фасонъ платья не можетъ очень состариться.
-- Развѣ вы думаете, что наша свадьба будетъ черезъ два года? Будьте благоразумны, Фрэдъ, не льстите себя напрасный надеждами.
-- Почему-жъ нѣтъ? Человѣкъ только и живетъ надеждами. Если мы не женимся черезъ два года, то исполненіе нашихъ желаній потеряетъ ужь свою прелесть.
-- А я слышала исторію объ одномъ молодомъ человѣкѣ, который все лелѣялъ себя разными сладкими надеждами я жестоко ошибся.
-- Мэри, если вы собираетесь мнѣ сказать что-нибудь непріятное, я удеру, уйду къ м-ру Гарту. У меня и безъ того на душѣ не весело; отецъ упалъ духомъ, дома нашего теперь не узнаешь... Я не перенесу дурной вѣсти...
-- А какъ по вашему -- дурная будетъ вѣсть, если я вамъ скажу, что вамъ предстоитъ жить въ Стон-Кортѣ, что вы будете управлять тамошней фермой и что при благоразумной экономіи получите возможность завести свое собственное хозяйство и сдѣлаться знаменитымъ агрономомъ? Боюсь только, что вы очень растолстѣете.
-- У васъ все шутки на умѣ, Мэри, отвѣчалъ Фрэдъ, невольно краснѣя.
-- Я вамъ передала слова моего отца, а онъ никогда вздору не говоритъ, возразила Мэри, пристально глядя на Фрэда, который шелъ съ ней рядомъ и такъ жалъ ей руку, что она готова была вскрикнуть, хотя и виду не подавала, что ей больно.