Возвращаясь домой верхомъ, братъ и сестра казались задумчивыми и ѣхали все время молча. Сердечныя волненія Розамунды совершенно утихли и она предалась серьезнымъ размышленіямъ о томъ, какъ устроится ея будущая домашняя обстановка; не успѣвъ проѣхать и одной мили отъ усадьбы дяди, она ужь нарисовала въ своемъ воображеніи картину своей сватьбы съ докторомъ; заранѣе обдумала свой туалетъ въ день вѣнчанія; живо представила себѣ, какъ она отдѣлаетъ свой домъ въ Мидльмарчѣ; какъ будетъ дѣлать визиты аристократическимъ роднымъ своего мужа, изящныя манеры которыхъ она надѣялась перенять очень скоро, что для нея не представляло никакой трудности, такъ-какъ еще въ школѣ она рѣзко отличалась отъ подругъ своей граціей; "такимъ образомъ, думала тщеславная молодая дѣвушка, я подготовлю себя въ будущему высшему положенію въ обществѣ, которымъ вѣроятно я буду современемъ пользоваться". О денежныхъ разсчетахъ Розамунда совсѣмъ не думала; ей нужны были наряды, богатая обстановка, но во что можетъ обойтись вся эта роскошь, ей и въ голову не приходило.
Голова Фреда, напротивъ, была наполнена другого рода заботами и обычная его безпечность не помогала уже въ настоящемъ случаѣ. Онъ былъ серьезно встревоженъ мыслію, что глупое требованіе дяди Фетерстона будетъ имѣть очень много непріятныхъ послѣдствій для него. Отецъ ужь и безъ того былъ сердитъ на Фреда, а теперь, когда Фредъ сдѣлается причиной холодныхъ отношеній между ихъ семьей и семьей Бюльстродовъ, онъ еще больше разсердится. Притомъ, самому Фреду было въ высшей степени неловко и тяжело идти объясняться съ дядей Бюльстродомъ, по поводу глупостей, сказанныхъ имъ, можетъ быть, послѣ дружеской попойки, на счетъ имѣнія старика Фетерстона,-- глупостей, изъ которыхъ сплетня сдѣлала неблаговидную исторію.
Фредъ чувствовалъ, что онъ и безъ того сильно промахнулся, похваставъ, подъ веселый часъ, своими надеждами на наслѣдство отъ такого жалкаго скряги, какъ старикъ Фетерстонъ,-- а теперь вдругъ его заставляютъ еще идти просить у дяди Бюльстрода свидѣтельства, что онъ никогда такого вздора не говорилъ. "Но вѣдь я имѣю полное право ждать этого наслѣдства", разсуждалъ Фредъ. Онъ дѣйствительно надѣялся, на будущее и ни за что не хотѣлъ разстаться съ своей сладкой надеждой; къ тому же въ послѣднее время онъ сдѣлалъ долгъ, сильно его тревожившій, а старикъ дядя обѣщалъ заплатить его только въ томъ случаѣ, если Фредъ исполнитъ въ точности его условіе. "Какъ тутъ быть!" разсуждалъ молодой Винци. Игра, по настоящему, не стоила свѣчъ; долгъ, сдѣланный имъ, былъ ничтоженъ; наслѣдство, ожидаемое послѣ дяди, также было сравнительно ничтожно. Нѣкоторымъ товарищамъ по училищу Фредъ по рѣшился-бы даже признаться, до чего мелочны были всѣ его заботы и безпокойства въ настоящую минуту. Всѣ эти размышленія поневолѣ возбуждали въ сердцѣ Фреда чувство горькой мизантропіи.
"Нужно же мнѣ было родиться сыномъ мидльмарчскаго фабриканта, мысленно восклицалъ онъ въ негодованіи,-- какая тутъ честь бытъ наслѣдникомъ старика когда все наслѣдство-то почти не стоитъ мы гроша. Везетъ-же такимъ людямъ, какъ Менуэрингъ и Вейнъ, напримѣръ!"
Невесело было жить на свѣтѣ такому лххому юношѣ, жаждущему комфорта и довольства и невидѣвшему впереди ничего заманчиваго.
Фредъ никакъ не могъ догадаться, что вся исторія съ Бюльстродомъ была выдумкой старика Фетерстона; впрочемъ, еслибы онъ даже и понялъ хитрость дяди, то это не измѣнило-бы его непріятнаго положенія. Онъ ясно видѣлъ, что старику хочется поучить его, чтобы показать свою власть надъ нимъ, а главное, хочется поссоритъ племянника съ Бюльстродомъ. Фредъ воображалъ, что онъ читаетъ, какъ по книгѣ, все то, что творится на днѣ души Фетерстона, а между тѣмъ онъ видѣлъ тамъ только отраженіе своихъ собственныхъ мыслей. Для молодыхъ людей вообще не легко бываетъ читать чужія мысли, потому что они всегда увлекаются своими собственной воззрѣніями и желаніями.
Возвращаясь домой, Фредъ долго раздумывалъ -- разсказать отцу всю исторію, или разрѣшить вопросъ безъ его вѣдома.
"Вѣроятно, м-съ Уоль насплетничала на меня дядюшкѣ, говорилъ онъ самъ себѣ;-- Мэри Гартъ присутствовала при этомъ и передала Розамундѣ ея слова, а Розамунда разскажетъ все отцу и тотъ непремѣнно начнетъ меня допрашивать".
-- Роза, сказалъ наконецъ Фредъ, придержавъ немного лошадь,-- передала тебѣ Мэри сплетню, пущенную про меня м-съ Уоль? Она вѣрно присутствовала, когда эта сплетница наговаривала на меня дядѣ.
-- Да, конечно, отвѣчала сестра.