-- Ты почемъ знаешь, въ кого мы, мужчины, можемъ влюбляться, въ кого нѣтъ? Развѣ дѣвушки понимаютъ это? спросилъ Фредъ.
-- Позволь мнѣ, по крайней мѣрѣ, тебѣ посовѣтывать, Фредъ, чтобы ты въ нее не влюблялся, замѣтила колко Роза,-- потому-что она сама мнѣ призналась, что ни за что-бы не пошла за тебя замужъ, если-бы ты къ ней посватался.
-- Ей-бы слѣдовало, кажется, прежде подождать, чтобы я сдѣлалъ ей предложеніе.
-- Я была увѣрена, что это тебя раздражитъ, насмѣшливо замѣтила сестра.
-- Это меня нисколько не раздражило, возразилъ Фредъ.-- Я убѣжденъ, что ты сама вызвала ее на этотъ отвѣтъ; сама она объ этомъ навѣрное не заговорила-бы.
Входя въ домъ, Фредъ рѣшилъ откровенно признаться во всемъ отцу, въ надеждѣ, что онъ возьметъ на себя непріятную обязанность переговорить съ дядей Бюльстродомъ.
КНИГА ВТОРАЯ. Старые и молодые
ГЛАВА XIII
Послѣ сообщенія, сдѣланнаго Фредомъ, м-ръ Винци рѣшился переговорить съ м-ромъ Бюльстродомъ въ его кабинетѣ, въ банкѣ, въ половинѣ второго -- въ то время, когда обыкновенно кончался пріемъ просителей. Но ровно въ часъ явился посѣтитель, съ которымъ м-ру Бюльстроду нужно было переговорить о такомъ множествѣ предметовъ, что не предвидѣлось возможности, чтобы ихъ свиданіе ограничилось получасомъ. Банкиръ говорилъ чрезвычайно пространно и цвѣтисто и терялъ при этомъ много времени на небольшія паузы между каждой фразой. Не надо себѣ представлять болѣзненнаго м-ра Бюльстрода человѣкомъ съ желтымъ цвѣтомъ лица и черными волосами; напротивъ, это былъ блондинъ, съ тонкой, бѣлой кожей, съ жидкими темнорусыми волосами, въ которыхъ пробивалась сѣдина, съ свѣтло-сѣрыми глазами и съ большимъ лбомъ. Люди, обладавшіе громкимъ голосомъ, называли сдержанный тонъ м-ра Бюльстрода шепотомъ и говорили, будто въ его голосѣ нѣтъ искренности, хотя, повидимому, нѣтъ основанія предполагать, чтобы и люди голосистые не умѣли подчасъ скрыть кое-что, исключая свой собственный голосъ, если только Святой Промыслъ не сдѣлалъ человѣческія легкія средоточіемъ чистосердечія.
Слушая своего собесѣдника, м-ръ Бюльстродъ принималъ всегда наклоненную, почтительную позу, при чемъ глаза его выражали напряженное вниманіе, вслѣдствіе чего люди, считавшіе, что ихъ стоитъ послушать, выводили заключеніе, что онъ поучается изъ ихъ рѣчей. Напротивъ, людямъ скромнаго характера не нравился этотъ, такъ сказать, нравственный фонарь, наведенный на нихъ. Вообразите себѣ, напримѣръ, что вы не имѣете причины гордиться своимъ погребомъ,-- вамъ не доставитъ особеннаго удовольствія, если какой-нибудь гость подниметъ рюмку съ вашимъ виномъ къ свѣту и начнетъ разсматривать ее съ видомъ знатока. Такого рода услажденія достаются только на долю людей, сознающихъ свое достоинство. Вотъ почему пристальный, внимательный взглядъ м-ра Бюльстрода былъ такъ непріятенъ публицистамъ и грѣшникамъ Мидльмарча; нѣкоторые называли его за это фарисеемъ, другіе -- послѣдователемъ евангелическаго исповѣданія. Менѣе поверхностные умствователи между ними допытывались даже, кто были его отецъ и дѣдъ, дѣлая при этомъ замѣчаніе, что 25 лѣтъ тому назадъ никто и не слыхивалъ о Бюльстродахъ въ Мидльмарчѣ. Для теперешняго посѣтителя банкира, для Лейдгата, пронизывающій насквозь взглядъ быль ни по чемъ; докторъ просто составилъ себѣ невыгодное понятіе о комплекціи Бюльстрода и, вывелъ такого рода заключеніе, что у его собесѣдника очень много внутренняго огня и мало сочувствія въ окружающему его міру.