-- Вы меня чрезвычайно обяжете, м-ръ Лейдгатъ, если будете по временамъ заходить ко мнѣ сюда, замѣтилъ банкиръ, послѣ небольшой паузы.-- Если, какъ я смѣю надѣяться, я буду имѣть удовольствіе найти въ васъ достойнаго помощника въ интересующемъ меня дѣлѣ управленія больницей, то у насъ найдется множество вопросовъ, о которыхъ намъ нужно будетъ потолковать наединѣ. Что-же касается новой больницы, почти уже оконченной, я непремѣнно прошу принять во вниманіе все то, что вы сообщили мнѣ о выгодахъ особаго отдѣленія для горячечныхъ больныхъ. Рѣшеніе этого вопроса будетъ зависѣть отъ меня одного, потому-что хотя лордъ Мидлькотъ и отдалъ подъ больницу свою землю и далъ лѣсу на постройку, но онъ не расположенъ лично заниматься этимъ дѣломъ.

-- Въ такомъ несчастномъ провинціальномъ городкѣ, какъ нашъ, замѣтилъ Лейдгатъ,-- ваша больница будетъ истиннымъ благодѣяніемъ. Хорошо устроенное горячечное отдѣленіе, вмѣстѣ съ старой больницей, могутъ сдѣлаться ядромъ мѣстной медицинской школы, какъ только у насъ будутъ введены медицинскія реформы. А что можетъ двинуть сильнѣе образованіе хорошихъ медиковъ, какъ не повсемѣстное распространеніе подобныхъ школъ? Коренной провинціалъ, имѣющій въ головѣ хоть одно зерно политическаго смысла и нѣсколько свѣжихъ идей, долженъ употребить всевозможныя усилія для того, чтобы удержать мало-мальски порядочныхъ людей отъ стремленія къ Лондону. Для каждой болѣе или менѣе значительной профессіи найдется въ провинціи если не столь богатое, за то обширное поле для практики.

У Лейдгата, между прочими достоинствами, былъ также глубокій, звучный голосъ, способный -- именно тогда, когда слѣдуетъ,-- дѣлаться тихимъ и ласковымъ. Въ его тонѣ, въ его манерахъ проглядывало что-то насмѣшливое; каждое его слово дышало увѣренностью въ успѣхѣ; онъ крѣпко разсчитывалъ на свои собственныя силы и нравственную чистоту, выказывая явное презрѣніе къ мелкимъ препятствіямъ и къ соблазнамъ, которыхъ онъ даже еще и не испыталъ; но эта гордо выказываемая откровенность имѣла много прелести, вслѣдствіе какого-то естественнаго добродушія. М-ръ Бюльстродъ полюбилъ, быть можетъ, доктора именно за то, что между ними существовалъ такой сильный контрастъ по наружности; но, какъ и Розамунда, онъ полюбилъ Лейдгата еще болѣе за то, что тоть былъ пришлецъ въ Мидльмарчѣ. Съ новымъ человѣкомъ можно предпринять такъ много хорошаго! Можно даже самому сдѣлаться лучше.

-- Я буду чрезвычайно радъ удовлетворить ваше рвеніе большой дѣятельностью, отвѣчалъ м-ръ Бюльетродь.-- Я разсчитываю даже поручить вамъ главный надзоръ надъ моей новой больницей, въ случаѣ, если-бы, послѣ зрѣлыхъ размышленій, мнѣ пришлось прибѣгнуть къ этой мѣрѣ, потому-что я рѣшился не заключать это великое предпріятіе въ узкія рамки и не стѣсняться распоряженіями двухъ нашихъ городскихъ врачей. Увѣраю васъ, что я гляжу на ваше появленіе въ этомъ городѣ, какъ на счастливое указаніе, что мои труды, до сихъ поръ встрѣчавшіе большой отпоръ въ обществѣ, наконецъ увѣнчаются успѣхомъ. Въ отношеніи старой больницы мы одержали главную побѣду -- добились вашего избранія. Надѣюсь, что вы не отступите отъ мысли произвести здѣсь реформу изъ страха возбудитъ противъ себя зависть и неудовольствіе вашихъ собратовъ по профессій

-- Не хочу хвастать своей храбростью, сказалъ, улыбаясь, Лейдгатъ,-- но, признаюсь, я очень люблю борьбу. Я былъ-бы невысокаго мнѣнія о призваніи медика, если-бы не былъ убѣжденъ въ возможности открытія лучшихъ способовъ леченія и въ возможности введенія ихъ здѣсь также, какъ и въ другихъ мѣстахъ.

-- Знамя докторской профессіи стоитъ весьма низко въ Мидльмарчѣ, дорогой мой сэръ, произнесъ банкиръ.-- Я разумѣю тутъ знаніе и искуство врачей; въ общественномъ же отношеніи ваши собраты съумѣли хорошо себя поставить: почти всѣ они приняты въ лучшихъ городскихъ домахъ. Мое собственное неудовлетворительное здоровье вынудило меня прибѣгать нерѣдко къ пальятивнымъ средствамъ, находящимся, по милости Божіей, у насъ подъ руками. Я совѣтовался съ лучшими врачами столицы и съ грустью пришелъ къ тому убѣжденію, что у насъ въ провинціи медицина очень отстала.

-- Да, при настоящемъ состояніи медицинскихъ обычаевъ и медицинскаго образованія можно считать себя очень счастливымъ, если время отъ времени натолкнешься на хорошаго практика-врача. Что-же касается высшихъ вопросовъ, рѣшающихъ, напримѣръ, исходный пунктъ діагноза, или распознаваніе настоящихъ причинъ болѣзней, пониманіе которыхъ, даже неглубокое, доступно только человѣку, получившему истинно научное образованіе -- то объ этихъ предметахъ сельскіе практики-врачи имѣютъ столько-же понятія, сколько мы всѣ о лунѣ.

М-ръ Бюльстродъ, все время стоявшій въ наклонномъ положеніи и пристально смотрѣвшій на Лейдгата, нашелъ, что форма, въ которую докторъ облекъ свой отвѣтъ, не совсѣмъ доступна его пониманію. Въ подобныхъ случаяхъ здравомыслящіе люди обыкновенно тотчасъ-же перемѣняютъ предметъ разговора и вступаютъ на такую почву, на которой имъ удобнѣе приложить къ дѣлу свои умственныя способности.

-- Я замѣтилъ, сказалъ онъ,-- что главное искуство врачей обращено болѣе всего на изысканіе матеріальныхъ средствъ помощи для больного. Не смотря на то, м-ръ Лейдгатъ, я надѣюсь, что мы съ вами не разойдемся въ мнѣніяхъ относительно другого способа леченія, который въ дѣйствительности до васъ не совсѣмъ касается, однако въ которомъ ваше сочувствіе можетъ мнѣ очень помочь. Надѣюсь, что вы признаете существованіе духовныхъ потребностей у вашихъ больныхъ?

-- Конечно, признаю. Но ваши слова каждый можетъ растолковать по своему, замѣтилъ докторъ.