Виннебаго как будто заподозрили, что белый хочет обмануть их. Они остались на местах, перемигиваясь и перешептываясь друг с другом, но ничего не сказали пленнику.
Дикари, не говорившие ни слова по-английски, пробормотали что-то на своем языке и стали делать знаки. Охотник скоро понял, что они хотят его нож, ручка которого торчала за поясом. Боульби вытащил это оружие и бросил его к их ногам.
Это, казалось, удовлетворило их. Один из виннебаго тихонько нагнулся, осторожно взял пальцами ближайший конец лежавшего на листьях карабина и отбросил его прочь, как будто схваченную за хвост ядовитую змею.
Теперь казалось вполне ясным, что белый не более, как беспомощный пленник, но у краснокожих все-таки явилось сомнение, действительно ли его левая нога повреждена и не обманывает ли он их, чтобы при случае убежать.
Это сомнение было легко устранить. Воин, доказавший свою храбрость тем, что решился дотронуться до ружья, передал его товарищу, и, робко приближаясь, стал на колени и осмотрел ногу. Повязки были развязаны, и взгляд на опухоль достаточно объяснил всем, в чем дело.
Несколько взрослых виннебаго взяли в плен одного хромого белого, безоружного человека. Конечно, таким подвигом можно было гордиться!
Боульби ожидал от индейцев дурного обращения, но пока его ожидания не оправдались. Они объяснили ему знаками, что он должен идти, и указали ему дорогу. Боульби был убежден, что его поведут к прогалине, где, вероятно, ожидал индейцев Черный Медведь.
23. ПО ПУТИ К СЕВЕРУ
Со стороны Оленьей Ноги потребовалось не много раздумий, чтобы догадаться о судьбе попавшего в плен траппера. Продолжая разыскивать его след дальше того места, где мимо него проехал Ап-то-то, он нашел его отклонившимся в сторону леса. На некотором расстоянии от этого места след появлялся снова, и следы мокасинов рядом с ним прояснили обстановку.
У Оленьей Ноги не было времени бежать за индейцами. Он знал, что они ведут охотника к прогалине, где, без сомнения, собирались главные силы виннебаго: вот и все, что он узнал пока.