Алмазъ не только высоко цѣнится, какъ роскошное украшеніе, но представляетъ большой интересъ и съ чисто научной точки зрѣнія.
Ученые также стараются пріобрѣсти его, чтобы познакомиться съ его свойствами и происхожденіемъ. До сихъ поръ изслѣдованы только свойства его; процессъ же образованія составляетъ еще тайну, разоблаченія которой однако надѣются достигнуть.
Въ настоящее время не только учеными, ной всѣми вообще, признано уже, что алмазъ и уголь представляютъ одно и то же вещество только въ разныхъ видахъ.
Истина эта принята однако не болѣе столѣтія. Хотя алмазъ во всѣ времена возбуждалъ любопытство ученыхъ, но долгое время усилія ихъ открыть тайну его природы оставались безуспѣшными.
Еще Анзельмъ Боецъ, ученый XVII вѣка думалъ, что алмазъ есть горючее вещество; но частію по недостатку еще въ то время средствъ для опыта, частію по корыстолюбію, не было пожертвовано ни одного кусочка алмаза для подтвержденія этого положенія опытомъ. Ньютонъ замѣтилъ, что всѣ тѣла, хорошо разлагающія, или другими словами преломляющія, подобно алмазу, свѣтъ, вмѣстѣ съ тѣмъ горючи. Дѣйствительно, всѣмъ извѣстно, что напр. терпентинная эссенція чувствительно преломляетъ свѣтъ и что она чрезвычайно горюча.
Великій герцогъ Тосканскій Козьма и члены академіи Дель-Сименто произвели наконецъ опытъ надъ нѣсколькими алмазами и убѣдились, что, подвергнутые дѣйствію сосредоточеннаго, помощію сильнаго зеркала, солнечнаго свѣта, они совершенно исчезали. Изслѣдованіе это было повторено императоромъ германскимъ Францемъ Лотарингскимъ, который нашелъ, что, подвергнутый въ тиглѣ дѣйствію сильнаго огня, алмазъ сгораетъ безъ всякаго остатка.
Дарсе и Макке, французскіе химики XVIII вѣка, повторивъ опытъ, пришли къ тому же заключенію, что алмазъ -- вещество въ высшей степени горячее. Но отъ этого заключенія до открытія того, что алмазъ есть ни что иное, какъ уголь, было еще далеко.-- Впрочемъ, убѣдившись въ сгораемости алмаза, легко было вывести заключеніе о томъ, что подъ вліяніемъ жара, онъ превращается въ пары и улетучивается.
Таково было положеніе дѣла, когда Лавуазье, со свойственными ему геніальною проницательностію и строгостію метода, сталъ заниматься ислѣдованіемъ алмаза, которое привело его къ слѣдующимъ выводамъ: алмазъ горитъ подъ вліяніемъ жара,-- если находится въ соприкосновеніе съ воздухомъ; въ противномъ же случаѣ онъ не измѣняется; продуктомъ его горѣнія, какъ и при горѣніи угля, является углекислота. Въ то время химія была еще въ младенчествѣ и далека отъ той высоты, на которую она впослѣдствіи была возведена Лавуазье, и потому онъ не посмѣлъ еще идти до конца и остановился на заключеніи, что алмазъ -- вещество, аналогичное съ углемъ.
Только другой французскій химикъ -- Гвитонъ де Морво -- первый доказалъ совершенную тождественность обоихъ веществъ. Только послѣ обширныхъ и самыхъ разнообразныхъ опытовъ удалось сдѣлать этотъ фактъ очевиднымъ. Подвергнутый самому тонкому химическому анализу, алмазъ всегда давалъ тѣ же результаты, какъ и уголь при одинаковыхъ обстоятельствахъ. Приведемъ только одинъ примѣръ: Жаккеленъ, помѣстивъ алмазъ между двухъ проволокъ сильной электрической баттареи, увидѣлъ, что онъ превратился въ коксъ и, подобно этому послѣднему, тотчасъ загорѣлся. Не удивительно ли самомъ дѣлѣ, что блестящій алмазъ и простой земляной уголь -- одно и то же вещество? Но изучая природу, надобно отвыкнуть отъ привычки удивляться, такъ какъ при этомъ на каждомъ шагу будутъ встрѣчаться столь же странные факты, столь же необыкновенныя сочетанія.
Хотя алмазъ былъ извѣстенъ уже съ давнихъ временъ, по не всегда цѣнился такъ высоко какъ теперь, потому что его находили въ видѣ обыкновеннаго кремня, покрытымъ землянымъ слоемъ, совершенно скрывавшимъ его прозрачность. Онъ пріобрѣтаетъ свои драгоцѣнныя свойства только отъ граненія,-- операціи очень трудной и требующей отъ гранильщика большого искуства и долгой практики.