Подобное зрѣлище способно наводить на размышленіе и доставить много-поучительнаго. Размышляли ливы когда нибудь, читатель, о настоящемъ положеніи вещей, объ его происхожденіи, объ этой непрерывной цивилизаціи и производящей чудеса промышленности, которая доставила намъ такую высокую степень благоденствія, и особенно думали ли вы о неизмѣримости могущества человѣческаго ума, которымъ все это произведено? Нельзя не задаться этимъ вопросомъ, когда видишь что простой земляной уголь доставляетъ намъ тотъ свѣтъ, который распространяетъ жизнь повсюду, гдѣ его употребляютъ.
Какая противоположность съ Парижемъ прежнихъ временъ!
На сколько жизнь сдѣлалась привлекательнѣе въ наше время, когда благодаря этому изобилію свѣта можно выходить изъ дому, не опасаясь тѣхъ многочисленныхъ нападеній, которымъ благопріятствовала темнота и которыя въ большинствѣ случаевъ оставались безнаказанными?
Сравнивали ли вы когда нибудь наши современные освѣщенные газомъ города съ городами хотя прошлаго столѣтія, когда нѣсколько рѣдкихъ фонарей распространяли по улицамъ свой тусклый свѣтъ? Если нѣтъ, то сдѣлаемъ теперь такое сравненіе.
Не смотря на безчисленныя разрушенія и перестройки послѣднихъ лѣтъ, въ Парижѣ остаются еще нѣкоторыя улицы въ старыхъ кварталахъ, подъ мостовыми которыхъ не проходитъ ни одной газопроводной трубы.
На нѣкоторыхъ разстояніяхъ разставлены высокіе ипрямые столбы съ фонарями, бросающими на нѣсколько шаговъ вокругъ себя мерцающій и тусклый свѣтъ.
Эти улицы имѣютъ грустный и бѣдный видъ, цѣнимый любителями рѣдкостей, художниками, ищущими эффектовъ соединенія свѣта и тѣни, и людьми, сожалѣющими о старыхъ временахъ, когда цивилизація, даже и этотъ свѣтъ распредѣляла не одинаково между дворцами и бѣдными кварталами. Еще въ прошедшемъ столѣтіи весь Парижъ былъ освѣщенъ такимъ образомъ, что послѣ сигнала для тушенія огня, поперекъ улицъ протягивались цѣпи, и затѣмъ движеніе почти прекращалось, тогда какъ теперь оно бываетъ наиболѣе оживлено вечеромъ и продолжается -- на бульварахъ -- до самыхъ позднихъ часовъ ночи.
Поднимемся еще дальше, перенесемся мысленно въ средніе вѣка и войдемъ въ одну изъ тогдашнихъ узкихъ и пустынныхъ улицъ: кровельныя желоба, легкія и граціозныя скульптурныя украшенія домовъ, арки древнихъ соборовъ,-- все это, освѣщенное бѣловатымъ и серебристымъ свѣтомъ луны, производило совсѣмъ другого рода живописный эффектъ, нежели наши современныя правильныя и утомительно однообразныя дома, сверху до низу освѣщенныя яркимъ свѣтомъ газа.
Сравните въ самомъ дѣлѣ эффектъ луннаго освѣщенія въ городѣ XV столѣтія, -- на великолѣпныхъ картинахъ Густата Доре, -- и въ одной изъ нашихъ современныхъ улицъ, и скажите, не обворожаетъ ли первый рѣзкими контурами, фантастически-иллюминованными прихотливою игрою свѣта, тогда какъ второй представляетъ только правильныя линіи на бѣломъ фонѣ, безъ скульптурныхъ украшеній, на которыхъ лучи свѣта могли бы остановиться?
Но я слишкомъ удаляюсь отъ моего предмета и быть можетъ вы, читатель, замѣтите, что хотя живописность и хорошая вещь, но удобства жизни еще болѣе превосходная, что если художники и могли бы предпочесть готическій Парижъ современному, то необладающій такими артистическими наклонностями народъ предпочитаетъ широкія непрепятствующія свободному движенію улицы, безчисленныя огни и наконецъ всѣ тѣ удобства жизни, которыми цивилизація даетъ возможность пользоваться всѣмъ вообще классамъ населенія.