Между тем в мексиканском лагере кипела работа.
Генерал и капитан устраивали все нужное для того, чтобы отбить атаку.
Но враги не показывались. Ни один подозрительный звук не нарушал глубокой тишины, и мало-помалу мексиканцы пришли к заключению, что это была ложная тревога.
Но Люция не верила этому, и беспокойство ее все увеличивалось. Не спуская глаз, смотрела она в ту сторону, откуда должен был приехать доктор, не понимая, почему он так медлит.
Вдруг ей показалось, что высокая трава колышется как-то странно.
Стояла страшная жара, и не было ни малейшего ветерка. Сожженные солнцем листья деревьев были совершенно неподвижны, а трава почему-то тихо качалась.
И что еще страннее, это легкое, едва заметное движение наблюдалось не везде. Оно мало-помалу приближалось к лагерю, и, по мере того как трава, росшая ближе к нему, начинала колебаться, та, которая была дальше, становилась совершенно неподвижной.
Часовые, стоявшие около окопов, тоже заметили это необыкновенное явление, но не знали, чему приписать его.
Генерал решил выяснить дело. Хоть он сам никогда не бился с индейцами, но не раз слышал о том, как они ведут войны. Ему пришло в голову, что они задумали овладеть лагерем при помощи хитрости.
Но, не желая брать с собой солдат, которых и без того было немного, генерал решил отправиться на рекогносцировку один.