-- Однако это не особенно лестное сравнение, -- спокойно заметил Уактено. -- Но я не особенно щекотлив и не стану обижаться. Ну что же? Позволите вы мне продолжать?
-- Говорите, и кончим скорее.
-- Именно этого-то я и желаю. Итак, в здешнем мире каждый по-своему понимает счастье: одни -- слишком широко, другие -- более узко. Я, со своей стороны, всегда мечтал уехать отсюда через несколько лет, поселиться в одной из чудных мексиканских провинций и жить не роскошно, но в довольстве. Как видите, я не честолюбив. Несколько месяцев тому назад, благодаря моей смелости и ловкости, мне удалось закончить очень удачно здесь, в прериях, кое-какие довольно выгодные дела. Я получил кругленькую сумму и, по своему обыкновению, решил увеличить ее при помощи процентов, для того, чтобы впоследствии иметь возможность устроить свою жизнь именно так, как я говорил. Я отправился в Мексику, отдал капитал одному пользующемуся общим уважением французскому банкиру, и притом на самых выгодных для меня условиях.
-- К чему вся эта болтовня? -- нетерпеливо прервал его Чистое Сердце. -- Смеетесь вы, что ли, над нами?
-- Нисколько. В Мексике я случайно увидал донну Люцию и даже оказал ей услугу.
-- Вы? -- гневно крикнул Чистое Сердце.
-- А почему бы нет? Мне удалось спасти донну Люцию от бандитов, которые напали на нее в то время, как она возвращалась домой со своей дуэньей. И с первого же взгляда я безумно полюбил ее.
-- Нет, это выше сил человеческих! -- воскликнул Чистое Сердце, вспыхнув от гнева. -- О такой девушке как донна Люция, следует говорить не иначе как с самым глубоким уважением. Я не позволю оскорблять ее!
-- Я придерживаюсь как раз того же мнения, -- насмешливо отвечал Уактено. -- Итак, я горячо полюбил донну Люцию и, наведя справки, узнал, кто она; услыхал и о путешествии, задуманном ее дядей. Тогда я решил похитить ее. Положим, мой план не удался, но смею вас уверить, что я еще не окончательно отказался от него.
-- Мы постараемся принять относительно этого свои меры.