-- Скорее, да, или нечто в этом роде.
-- Значит, женщины?
-- Угадали, и притом такие женщины, которых ненависть делает коварными и жестокими!
-- Зачем же вы их здесь принимали? -- проворчал прапорщик сквозь зубы.
-- Если бы это зависело только от меня, крепостные ворота не отворились бы для них; но я получил на этот счет особые приказания... Вы увидите, сэр, что посещение этих дам принесет нам несчастье.
-- Это почему?
-- У меня такое предчувствие. Помните вы смерть графа де Жюмонвилля?
-- Мой Бог! Да... я не забуду ее до самой смерти, -- проговорил прапорщик, отворачиваясь.
-- Ну, так вот! Если я не ошибаюсь, это будет продолжением того печального дела.
-- Тем хуже, капитан! Дай Бог, чтобы вы ошиблись. Довольно и того, что это дело лежит на нашей совести, хотя мы исполняли только приказания! Но не будем больше говорить об этом, хотите?