-- Возьмем его с собой, -- с живостью сказал дон Санчо.
-- Но позволят ли его раны перенести утомительный и длинный переезд?
-- Мы почти приехали, -- сказал мажордом. Обернувшись к карибу, он прибавил: -- Мы едем к букану двух буканьеров, которые со вчерашнего дня охотятся в лесу.
-- Хорошо, -- сказал кариб, -- я провожу бледнолицых по узкой тропинке. Они придут раньше, чем поднимется солнце.
Донна Клара села на лошадь, монаха осторожно положили перед мажордомом, и маленький отряд вновь пустился шагом в путь, предводительствуемый карибом. Бедный фрей Арсенио не подавал других признаков жизни, кроме глубоких вздохов, время от времени приподнимавших его грудь, и горестных стонов. Через три четверти часа езды они добрались до букана. Он был пуст, но не брошен, как показывали бычьи шкуры, еще разложенные на земле, и копченое мясо, висевшее на вилах. Вероятно, авантюристы были на охоте. Путешественников раздосадовала эта неудача, но Прыгун вывел их из затруднения.
-- Пусть бледнолицые не тревожатся, -- сказал он, -- вождь предупредит своих белых друзей, а в их отсутствие бледнолицые могут брать все, что найдут здесь.
Подавая пример, кариб приготовил постель из сухих листьев, которую накрыл шкурами, а на них с помощью мажордома осторожно положил раненого, потом развел большой огонь и, в последний раз повторив беглецам, что им нечего бояться, удалился, скользя, как змея, в высокой траве.
Мажордом, достаточно хорошо знавший нравы авантюристов, с которыми иногда общался, правда всегда соблюдая крайнюю осторожность, потому что, несмотря на то что он хвастался своей храбростью, они внушали ему суеверный страх, успокоил своих хозяев, уверив их, что законы гостеприимства свято чтутся буканьерами и что если бы они даже были самыми ожесточенными их врагами, а не гостями -- ведь они приехали по их официальному приглашению, -- то и тогда им нечего было бы опасаться с их стороны.
Благодаря неустанным заботам донны Клары бедный монах скоро пришел в себя. Сначала он был очень слаб, но мало-помалу собрался с силами настолько, чтобы рассказать донне Кларе, что с ним случилось после их разлуки. Рассказ этот, конец которого во всех подробностях совпадал с рассказом кариба, привел донну Клару в оцепенение, которое скоро перешло в испуг, когда она подумала о страшной опасности, грозящей ей. В самом деле, какой помощи могла она ожидать? Кто осмелится защитить ее от мужа, высокое положение и всемогущая власть которого сведут на нет все ее усилия избавиться от его мщения?
-- Не теряйте мужества, дочь моя, -- прошептал монах с нежным состраданием. -- Бог выше человека! Уповайте на Него, Он вас не оставит, Он поспешит к вам на помощь и поможет вам.