-- Я не могу такого предположить. Вы слишком умны и откровенны, чтобы делать такие ошибки. Итак, говорите смело.
-- Я так и сделаю, если позволите... Итак, слушайте. Я вас слишком хорошо знаю (вернее, думаю так), чтобы предположить, что вы приехали сюда с единственной целью навестить меня, тем более, что не сегодня-завтра мы все равно встретились бы в прериях. Из этого следует, что вы предприняли поездку с вполне определенной целью. Какой-то очень серьезный повод заставил вас искать свидания со мной.
Транкиль молча кивнул головой.
После минутного молчания, во время которого Чистое Сердце напрасно ждал ответа собеседника, он снова заговорил:
-- Вот уже два дня, как вы здесь. Несколько раз вам представлялась возможность поговорить со мной откровенно, и скажу кстати, что я ждал этого с большим нетерпением. Я предвидел, что дело касается услуги, которую я должен буду вам оказать. Я был заранее счастлив доказать делом уважение, которое к вам питаю. Между тем вы продолжали хранить молчание и даже, напротив, старались избежать объяснений. Поведение ваше в отношении меня совершенно переменилось. Словом, со вчерашнего дня вы не тот человек, которого я знал: тот не знал колебаний, всегда открыто и смело говорил что думает, какие бы последствия это ни влекло за собой. Разве я ошибаюсь? Отвечайте, охотник.
Канадец некоторое время казался смущенным. Вопрос, заданный ему так прямо, странным образом приводил его в смущение. Наконец он решился, поднял голову и сказал, глядя прямо в глаза собеседнику.
-- Что ж, я не могу этого отрицать. Вы правы, Чистое Сердце. Все, что вы сказали, совершенная правда.
-- А! -- воскликнул молодой человек удовлетворенно. -- Так я не ошибся! Я рад, что это выяснилось.
Канадец пожал плечами, как человек, который рад доставить удовольствие собеседнику, хотя не понимает, чем именно.
Чистое Сердце продолжал: