-- Этот человек -- Ягуар.
-- Вы его любите?
-- Да.
-- Но ведь это разбойник!
-- В ваших глазах, генерал, и с вашей точки зрения весьма возможно, что вы правы, я этого не оспариваю и не осуждаю вас за это. Но я его люблю -- он спас мне жизнь.
-- Но ведь вы сражаетесь против него?
-- Конечно, мы принадлежим к враждующим лагерям, каждый из нас служит делу, которое он по своим убеждениям считает правым. Но если оставить в стороне то, что нас разделяет, окажется, что душой мы тесно связаны друг с другом.
-- Я не имею ни малейшего намерения порицать вас за это, мой друг. Наши симпатии не должны находиться в зависимости от наших политических убеждений. Но возвратимся к вопросу, который в данную минуту всего более должен интересовать нас. Повторяю, что во время вашего отсутствия к аванпостам подошел человек и заявил, что он -- один из ваших друзей.
-- Как странно, -- пробормотал полковник, стараясь догадаться, кто бы это мог быть. -- Сказал ли он вам свое имя?
-- Конечно! Разве я мог бы принять его в противном случае? Да он здесь, в этом доме. Я поместил его в одну из комнат и попросил подождать вашего возвращения.