Доминго был метис, малый угрюмого вида и с лукавой физиономией. На вид ему казалось около пятидесяти лет, насколько можно судить о возрасте индейца. Доминго сердился на незнакомца за бесцеремонное обращение с ним его коня.
-- С вашего позволения, -- сказал капитан, разламывая лепешку.
-- А я закурю сигару, чтобы не оставаться в бездействии, -- ответил гость с приятной улыбкой.
Капитан вежливо поклонился и принялся за свой ужин с быстротой, которая доказывала продолжительное воздержание. Воспользуемся этим обстоятельством, чтобы познакомить читателя с начальником каравана.
Дон Мигель Ортега -- имя, под которым он был известен своим товарищам, -- был изящный и красивый молодой человек двадцати шести лет, с бронзовым цветом лица, тонкими чертами, с гордыми блестящими глазами, высокого роста, стройный. Без сомнения, на всем протяжении древних испанских поселений трудно было найти молодого человека лучше его. Однако строгий наблюдатель нашел бы взгляд дона Мигеля слишком уж глубоким, сжатие бровей слишком суровым и улыбку слишком притворной и изменчивой для того, чтобы этот человек за внешней привлекательностью не скрывал испорченную душу и дурные инстинкты.
Обед охотника, подправляемый большим аппетитом, всегда скор; и этот был быстро окончен.
-- Вот и конец, -- сказал капитан, вытирая пальцы пучком травы, -- теперь сигару для облегчения пищеварения, и затем я буду иметь честь пожелать вам доброй ночи. Вы, без сомнения, не думаете покинуть нас раньше восхода солнца?
-- Не могу сказать вам наверняка, это будет зависеть от погоды., какая будет в эту ночь, -- я очень тороплюсь, и вы, кабальеро, знаете, что говорят наши соседи янки: время -- деньги.
-- Вы лучше меня знаете, что вам следует делать, кабальеро. Позвольте мне пожелать вам доброй ночи и полного успеха в ваших предприятиях. Позвольте еще перед разлукой задать вам один вопрос, на который, понятно, вы можете не отвечать, если найдете его нескромным.
-- Нескромность со стороны такого совершенного человека, признаюсь, удивила бы меня; я попрошу вас объясниться.