-- Да успокоит тебя Бог, брат мой, разве ты болен?
-- Я бедный рыбак, знакомый тебе, сестра моя, душа моя погружена в большое горе.
-- Как зовут тебя, брат мой? Голос твой мне очень знаком, но ночь так темна, что я не могу разглядеть твое лицо.
"Надеюсь, что ты и не увидишь его", -- подумал Саладо, и громко прибавил:
-- Я -- сеньор Темиладо, рыбак, который держит трактир на пристани Платерос.
-- А-а! Узнаю тебя, брат мой. Что же тебе надо? Говори поскорее.
-- Ах, сестра! Моя жена и двое моих детей заболели. Достойный отец, францисканец, прислал меня попросить у вас три бутылки вашей чудотворной воды.
Мы должны заметить, что в Мексике каждый монастырь приготовляет свою чудотворную воду, рецепт который старательно скрывается; вода эта, как говорят, излечивает все болезни, поэтому, понятно, стоит очень дорого, и монастырский доход значительно увеличивается.
-- Христос мой! -- воскликнула старуха, у которой глаза разгорелись при таком непомерном требовании. -- Три бутылки!
-- Да, сестра. Я прошу у тебя позволения войти присесть; я шел так быстро, болезнь жены и детей так встревожила меня, что я едва стою на ногах.