-- Негодная! -- воскликнул дон Торрибио, подойдя к ней со своей ношей и презрительно толкнув ее ногой. -- Будь проклята! Наказание твое начинается, твоя жертва ускользает от тебя.
Сверхъестественным усилием игуменье удалось несколько ослабить повязку, стягивавшую ей рот.
-- Может быть! -- воскликнула она голосом, прозвучавшим в ушах дона Торрибио, как погребальный колокол.
Сломленная этим последним усилием, она упала без чувств.
Через пять минут после этого события в монастыре оставались только живущие в нем.
ГЛАВА IX. Вольная Пуля и Верный Прицел
На этом месте рассказа Вольная Пуля остановился и задумчиво стал набивать табаком свою индейскую трубку.
Наступило продолжительное молчание. Все присутствующие, находясь под впечатлением этого рассказа, долго не могли прийти в себя. Наконец Верный Прицел поднял голову.
-- Эта история очень драматична и очень мрачна, -- сказал он, -- но прости меня за грубую откровенность, старый товарищ, она, как мне кажется, не имеет никакого отношения к тому, что происходит вокруг нас, и к тем событиям, в которых мы призваны играть роль -- или, по крайней мере, быть их зрителями.
-- Да, наконец, -- заметил Руперто, -- какое дело нам, местным жителям, до происшествий, случающихся в Мехико или в каких-нибудь подобных ему городах? Мы здесь, в прериях, затем, чтобы охотиться, ставить капканы да сражаться с краснокожими; всякий другой вопрос нас не может касаться.