Тигреро долго смотрел в окно и наконец в нерешительности, снедаемый глубокой внутренней борьбой, опустил голову.
-- Что скажет она, увидев меня? -- произнес он, говоря как бы сам с собой.
-- Карамба! -- отвечал леперо с саркастической улыбкой. -- Она скажет: "Добро пожаловать, мой милый, мой дорогой". Это так же ясно и верно, как наше вечное спасение. Дон Марсиаль, неужели вы превратились в робкое дитя, которое дрожит от взгляда женщины? Счастье имеет всего три волоска и в любви, и на войне, и когда оно приближается к вам, надо суметь схватиться за один из них. Если же пропустишь удобный случай, то другой может и не представиться.
Мексиканец приблизился к леперо, положил ему на плечо руку и заглянул в его кошачьи глаза.
-- Кукарес, я верю тебе, -- проговорил он глухим голосом. -- Ты меня знаешь, я выручал тебя не раз. Если ты меня обманешь, я убью тебя, как шакала.
Тигреро произнес эти слова с выражением, в котором слышалась такая глухая ярость, что даже видавший виды леперо побледнел и против воли задрожал всем телом, так как он хорошо знал человека, который говорил с ним.
-- Я предан вам всей душой, дон Марсиаль. -- ответил он голосом, которому напрасно старался придать твердость. -- Что бы ни случилось, рассчитывайте на меня. Что надо сделать?
-- Ничего. Ждать, не спать и при малейшем подозрительном шуме, при появлении малейшей подозрительной тени предупредить меня.
-- Положитесь на меня. Ступайте, делайте свое дело. Я глух и нем и во время вашего отсутствия не сомкну глаз.
-- Отлично, благодарю! -- отвечал Тигреро.