-- Простите их! -- шепнула ему на ухо и молодая девушка. -- Простите, Луи! Я так счастлива!
-- Умоляю вас исполнить мою просьбу, -- продолжал Изгнанник, -- во имя всемогущего Неба, направившего вас сюда для того, чтобы спасти меня и мое дитя!
Канадцы, видя, что за них вступился человек, которого они только что собирались убить, с плачем бросились на колени перед ним и офицером.
С минуту граф стоял молча.
Колонисты с умоляющими лицами ожидали своей участи. Наконец, граф приказал им подняться и, обратившись к Изгнаннику, сказал:
-- Хорошо, милостивый государь, из уважения к вам и снисходя к вашей просьбе, я согласен позволить спокойно уйти этим людям. Но пусть только они убираются поскорее! Пусть уходят, но они должны знать, что спасением жизни они обязаны именно вам, а не кому иному. Пусть они вечно помнят о вашем великодушном поступке. Но, если только когда-нибудь, -- прибавил он, с угрожающим видом поворачиваясь к колонистам, -- если только когда-нибудь вы забудете это, то вас ждет немедленная и жестокая расправа за вашу неблагодарность!
Колонисты, довольные, что разделались так счастливо, спешили как можно скорее исполнить приказание офицера. Они забрали свое оружие и удалились, даже ни разу не оглянувшись назад, каждую секунду опасаясь, что из кустов выйдут солдаты, за которыми посылал офицер Золотую Ветвь.
Французы, старик и молодая девушка молча дожидались пока скроется последний из канадцев. Как только все они исчезли из виду, раздался веселый взрыв смеха -- это хохотал Золотая Ветвь.
-- Братцы солдаты, -- кричал он весело, -- опустите свои ружья!
Граф де Виллье хотел было остановить этот неуместный порыв веселости, но Изгнанник не дал ему времени исполнить это желание.