-- Бедное, милое созданье.
-- A! Dame!.. Капитан, она испытала такое сильное волнение, что, пожалуй, даже вы сами почувствовали бы себя скверно. Согласитесь, что такой молоденькой девушке нечасто приходится стрелять по такой крупной дичи. И потом, говоря откровенно, сделав столь удачный выстрел, есть от чего упасть в обморок. От радости, например.
-- Так молода и так прелестна, -- прошептал офицер. -- Если с ней случится какое-нибудь несчастье, я никогда не прощу себе этого.
-- В том только случае, если бы это произошло по нашей вине... А! Наконец-то, она зашевелилась!
-- Ты уверен?
-- Да, смотрите сами, рука... а вот она открывает глаза... Надеюсь, вы теперь довольны, капитан?
-- Тише! Замолчи! Ты ее испугаешь.
-- Ну, уж это едва ли? -- пробормотал Золотая Ветвь, и затем, фатовато прибавил: -- женщины еще никогда не пугались меня.
Молодая девушка, наконец, очнулась и полураскрыла глаза. Ее первый взгляд упал на молодого человека, стоявшего перед ней на коленях. Это было как бы электрической искрой.
Она в ту же минуту вскочила на ноги без всякого усилия, без посторонней помощи. Взгляд ее все время был прикован к глазам французского офицера. В этот день только в первый раз обменялись они взглядами, и этого было довольно.