-- Гм! Друзья с очень странным обращением.
-- Не судите опрометчиво о том, чего не можете знать.
-- Ну хорошо! -- вскричал он. -- Я не прочь в конце концов узнать, что мне думать обо всем этом.
-- Вы храбры, это похвально.
-- Большое диво, нечего сказать, при моей-то профессии! -- пробормотал он сквозь зубы и лег на постель.
В ту же секунду он почувствовал легкое сотрясение, ему показалось, что кровать уходит в паркет.
"Вот тебе и на! -- подумал он. -- Достойный дон Хесус Ордоньес и так далее едва ли знает более половины своего дома и занимает-то его не один!"
К молодому человеку вернулась вся его обычная веселость, его львиное сердце ни на миг не содрогнулось в груди, страх был ему неизвестен, но зато любопытство его было сильно возбуждено. Кто бы могли быть люди, которые, по-видимому, знали его сокровеннейшие тайны? С какой целью разыгрывали они с ним этот фантастический спектакль, способный разве что напугать ребенка? Чего хотели они от него?
Эти мысли мелькали в его голове и вылились все в одном слове.
-- Подождем, -- сказал он.