-- Я должен покинуть вас.
-- Уже? Полноте! Вы, должно быть, шутите.
-- Нет, любезный хозяин, к несчастью, не шучу. Я уже говорил вам, что принадлежу ко двору; мои обязанности требует моего немедленного возвращения в Толедо к королю.
-- Правда, я и забыл про это, не стану настаивать более, мой любезный гость. Войдем в дом, я велю подать вам чашку горячего молока и кусок хлеба, а там -- с Богом, и в путь.
В ту минуту, когда они вошли, Христиана с сестрой, как бы угадав, зачем мужчины вернулись в дом, ставили на стол чашки с горячим молоком, от которых поднимался густой пар.
-- Эти прелестные дети -- две очаровательные волшебницы, -- сказал, улыбаясь, незнакомец.
-- Это просто добрые девушки, -- резко заметил лесник.
И он прошел в другую комнату. -- Позвольте мне, сеньориты, -- обратился тогда незнакомец к молодым девушкам, но более к Христиане, -- поблагодарить вас еще раз за все внимание ко мне, пока я имел счастье находиться под вашим кровом; я ухожу.
-- Уходите? -- вскричала Христиана, но вдруг остановилась, покраснела и в смущении опустила голову.
-- Увы! Это необходимо, -- ответил он с чувством, -- и быть может, навсегда.