Посещение священника в этот день вовсе не входило в его привычки -- уже с год он не проводил занятий с молоденькими девушками, образование которых было закончено; раза два-три в месяц, никак не более, он приезжал, чтобы провести несколько часов в семействе лесника, а между тем не прошло и пяти дней со времени последнего посещения достойного пастыря. Дамы очень обрадовались ему, однако не знали, чему приписать посещение отца Санчеса, образ жизни которого был по преимуществу точный и определенный.
Пожимая руку хозяина, священник шепнул ему:
-- Найдите предлог, чтобы нам остаться наедине, мне нужно переговорить с вами о важном деле.
-- Знаете что, отец Санчес, -- громко ответил ему ньо Сантьяго, -- ведь еще рано, чтобы запираться с дамами, не лучше ли вам пройтись со мной по долине? Дичи теперь бездна; быть может, мы и подстрелим кое-что к обеду.
-- Вы -- пожалуй, любезный сеньор, только не я! Ведь я никогда не охочусь, как вам известно, -- возразил пастырь с кроткой улыбкой, -- однако, если вы желаете, я охотно пойду с вами; мне будет полезно размяться после долгой дороги верхом.
-- Идите, сеньор падре, -- сказала донья Мария, -- но не задерживайтесь надолго! В особенности не давайте мужу завлечь вас далеко; помните, что мы ждем вас с нетерпением.
-- Мы вернемся не позднее чем через час, не так ли, ньо Сантьяго?
-- Когда вам будет угодно, сеньор падре.
-- Вот это умно сказано, -- похвалила донья Мария, -- желаю удовольствия, господа.
Мужчины ушли. Пока их можно было видеть из дома, они говорили исключительно о посторонних предметах, но после нескольких поворотов они достигли густого леса, под сенью которых, внимательно наблюдая, что происходит вокруг, могли беседовать, не боясь, чтобы их подслушали или застигли врасплох.