-- Что это значит? -- вскричал лесник, оторопев.
-- Это значит, что я -- Филипп Четвертый, король Испании и Индии, а вы -- дон Луис де Торменар, граф Тулузский и герцог Бискайский. Разве я ошибаюсь, кузен?
-- Ваше величество! -- пробормотал дон Луис в страшном волнении.
-- Выслушайте же меня, -- с живостью продолжал король, ласково улыбаясь, -- вы спасли меня, рискуя собственной жизнью. Я хотел узнать, кто вы; однако, упорно оставаясь непроницаемым, вы отказывались от всех моих даров, отклоняли все мои предложения. Такое упрямство подзадоривало меня; во что бы то ни стало хотел я знать о вас -- и узнал! Герцог, мой покойный отец, король Филипп Третий, обманутый ложными наветами и легко поверив клевете ваших врагов, был жесток, неумолим к вам, я даже прибавил бы -- несправедлив, если бы не говорил про отца, теперь уже находящегося на небе, в царстве Отца Небесного. Следовало исправить вопиющую несправедливость -- я исполнил это. Ваше дело было пересмотрено в верховном суде, приговор над вами отменен, честь ваша восстановлена в былом блеске. Теперь, кузен, вы действительно дон Луис де Торменар, граф Тулузский, маркиз Сан-Себастьянский, герцог Бискайский; состояние ваше возвращено вам, позор снят с вашего имени, враги ваши наказаны!.. Довольны ли вы?
И он протянул ему руку.
Совсем растерявшись под влиянием тысячи разнородных чувств, нахлынувших на него, дон Луис преклонил колено и хотел поцеловать руку, которая так великодушно возвращала ему все, чего он был лишен, но король не допустил этого, он удержал его, привлек к себе и заключил в объятия.
-- О, ваше величество! -- вскричал герцог, и рыдание вырвалось из его груди. -- Зачем надо...
-- Постойте, кузен, -- мягко прервал его король, -- ведь я еще не закончил.
-- Боже мой! С какой целью все это было сделано? -- пробормотал герцог глухим голосом.
-- Увидите.