-- Что это значит? -- прошептал он. -- Что это за таинственный дом, куда ты меня привел?
-- Да это дом, как все другие, мой добрый сеньор! -- сказал дон Мигель, проходя через сени в прихожую. Дон Кандидо следовал за ним по пятам.
-- Подождите здесь, дон Кандидо, -- сказал дон Мигель. Он прошел в смежную комнату, где стояла одна из тех кроватей, взобраться на которые можно с помощью лесенки, он приподнял перины, чтобы удостовериться, что там никто не спрятан; после этого он прошел и в другие комнаты и всюду повторил ту же операцию. Основательно осмотрев весь дом и не опасаясь теперь иметь непрошеного свидетеля, он вышел наконец на двор и с помощью лестницы забрался на крышу. До наступления ночи оставалось не более пятнадцати минут.
Дон Мигель окинул пристальным взглядом расстилавшуюся перед ним местность. Вокруг не было ни малейшей возвышенности, как раз напротив красовалась прекраснейшая вилла, а дальше раскинулся пустырь и кустарник, которым начиналась улица Сан-Хуан, направо виднелись развалины какого-то здания и старый заброшенный дом, смотревший на баранку [Барраика -- овраг, ложбина, промытая водой.], куда выходило небольшое кухонное окно, дон Мигель разглядел все это в один момент.
-- Мой уважаемый, любезный и любимый дон Кандидо! -- крикнул он.
-- Мигель! -- отозвался профессор дрожащим голосом.
-- Настало время работать и, главное, не трусить! -- продолжал молодой человек, видя, что дон Кандидо бледнее полотна.
-- Но, Мигель, весь этот дом... и это уединение! Эта таинственность! Ведь при таких условиях само положение мое как тайного чиновника его превосходительства, господина министра...
-- Сеньор дон Кандидо, ведь вы распространили весть о возвращении Ла Мадрида.
-- Ах, Мигель! Мигель!